Мне нравится громогласное восхищение женщиной… И все остальное, что так пронизано романтизмом: прогулки под луной, признания в безумной любви, страсть… — Она вздохнула. — Вот что доставляет мне истинное наслаждение… Этого я хочу от жизни — быть любимой-любимой-любимой обаятельным, красивым мужчиной, который может выражать свои чувства, который говорил бы мне, как я прекрасна, и чье сердце начинало бы учащенно биться от одного моего присутствия рядом…

На это Орелия ничего не смогла ей ответить. В словах Кэролайн прозвучала острая боль, и сомневаться не приходилось: она говорит откровенно.

Да, она хочет любви, но красиво обставленной, даже картинной… Однако такая любовь никогда — и Орелия была в том уверена — не принесет настоящего счастья. Вожделение как таковое — Кэролайн назвала это страстью — никогда не приносит чувства защищенности, столь необходимого любой женщине, и не только в молодости, но, главным образом, в преклонные годы. Страсть пройдет, но останется душевная привязанность и забота, и в этом оба супруга обретут свое счастье… А если у них при этом будут общие интересы, то большей радости в жизни и придумать нельзя.

— О Кэролайн, Кэролайн! — тихо сказала Орелия. — Как я могу убедить тебя, что большое богатство — это не самое главное?

— Этого ты не можешь, поэтому и не пытайся, — быстро ответила ей кузина. — С твоей стороны это был бы неверный шаг на пути моего спасения. — Она усмехнулась. — Я очень хорошо понимаю, что действую безрассудно, и тем не менее я намерена выйти замуж за маркиза Райда — тогда я стану самой удачливой женщиной в высшем обществе, и мне будут завидовать больше, чем кому бы то ни было! У маркиза есть все, и, в конце концов, он очень красив, и, как сказала бы наша старая Сара, он «сильно представительный»!

Орелия улыбнулась: да, старая Сара выразилась бы именно так — и вдруг почувствовала странную боль в сердце: а как же тот одинокий мальчик, у которого в детстве не было ни одной такой Сары? Став взрослым мужчиной и собираясь жениться, что он найдет в своем браке? Какое воздаяние — за годы, прожитые без любви?

Рука об руку Орелия и Кэролайн спускались по большой парадной лестнице.

Кэролайн оживленно рассказывала о приеме, на котором побывала накануне вечером. Кузины уже почти сошли вниз, когда заметили, что их ожидает маркиз, вернувшийся с верховой прогулки, и Орелия почувствовала, как краснеет при воспоминании о прошлой ночи, а Кэролайн сбежала к нему со словами:

— Доброе утро, милорд! Надеюсь, вы не забыли, что обещали покатать меня в парке нынешним утром?

— Да, я вспомнил об этом и только что приказал подать фаэтон. Мы поедем с открытым верхом, чтобы все могли насладиться созерцанием вашего нового капора со всеми его авантажными достоинствами.