— Он грустный… А когда приходил к нам, то и вовсе казался измученным.

— У него сейчас тяжелые времена."

"Я подумал, стоит ли говорить с Фомой о семейных делах, а потом решил, что больше не с кем.

— Когда-то очень давно моя мачеха потеряла ребенка. И она винит в этом меня.

— А вы виноваты? — серьезно спросил парень, не отводя взгляда от дороги.

— Возможно, — нехотя признал я. — Все случилось, когда я был совсем ребенком. Я плохо помню ту ночь. Маргарита Ивановна вошла в мою комнату, для того, видимо, чтобы пожелать мне добрых снов. А потом она закричала.

— На вас? — сухо уточнил Фома.

— Нет, — я мотнул головой. — Я помню, что она жутко завыла, будто…

Я закрыл глаза, чтобы восстановить в памяти то страшное событие.

— Не торопитесь, вашество, — терпеливо отозвался Питерский. — Иногда для того, чтобы вспомнить, не нужно напрягаться. Лучше поговорите с ней, с этой Маргаритой Ивановной. Много лет прошло, и она может помочь вам понять, что же тогда случилось.

— Мы не говорим с ней, — тихо признался я.

— И почему? — парень нахмурился. — Она ведь была взрослой! Неужели можно обижаться на ребенка? Даже спустя столько лет? Вы ж не чудовище.

— После той ночи она всегда смотрела на меня с ненавистью, — тихо продолжил я, слыша где-то внутри себя эхо того женского крика из прошлого.

— Вам стоит самому к ней прийти. И поговорить.

— Она сейчас живет не дома. Маргарита понесла. Она тяжело переносит беременность и потому находится рядом с лекарями.

— Вот почему вашему батюшке так грустно, — вздохнул шаман. А потом хмыкнул: — так значит, дома мачехи нет? И вы можете заглянуть в вашу старую детскую без того, чтобы столкнуться с этой дамой?

— Зачем? — растерялся я.

— Потому что это может помочь вам вспомнить! — словно ребенку пояснил Питерский.

— Ты прав, — обескураженно признался я. — Мне не приходило в голову, что можно…

— Одна голова хорошо, а вторая… — он постучал пальцем по своему виску. — Никогда лишней не будет!

Дорога до мануфактуры не заняла много времени. Фома остановил машину на парковке, и я заметил, как охрана у ворот пришла в движение. Видимо, на мой счет на предприятии было особое распоряжение.

— Нужна будет твоя помощь, — обратился я к Фоме.

Шаман кивнул.

— Как скажете, вашество, — пробасил он. И живо поинтересовался: — А делать-то чего надо?

Я усмехнулся:

— Слушай…

Много времени на рассказ не ушло. Фома выслушал мой план и довольно хмыкнул.

— Это вы хитро придумали, вашество, — покачал он головой.

— Ну тогда идем.

Мы вышли из машины и направились к воротам.

— Приказчика нет на месте, мастер Чехов, — сообщил из-за закрытых створок старший дружинник, когда мы подошли.

— Он нам и не нужен, — начал разговор Фома.

Дружинники удивленно переглянулись.