За эти секунды, прикуривая, поворачиваясь спиной к ветру, чтобы не погасла зажигалка, он успел еще раз осмотреться. Внимания не привлекает, на машину с незнакомцем никто не смотрит. Сосновский снова двинулся вперед, покуривая. Рука опустилась в карман шинели и нащупала «вальтер». Подойдя к машине, Михаил выбросил окурок. Лже-Майснер уловил движение рядом и повернул голову. За один миг в его глазах промелькнуло многое: и удивление, и ужас, и понимание, что крикнуть, позвать на помощь он не успеет. Сосновский быстро зажал немцу рот рукой в кожаной перчатке, плотно прижал к спине под левой лопаткой ствол пистолета и нажал на спусковой крючок.

Он не сделал ни одного резкого движения, чтобы не привлечь внимания, из-за рева танковых двигателей приглушенный звук выстрела пистолета никто не различил. Сунув «вальтер» в карман, Сосновский придал телу убитого положение задремавшего человека, снова закурил и пошел в конец колонны. Он остановил первый же грузовик, догнавший колонну, вскочил на подножку и махнул рукой: «Пошел!»

Шелестов мерил шагами землянку от стены к стене.

Ситуация сложилась, надо прямо сказать, не лучшая.

– Что мы имеем в итоге? – говорил он, сутулясь и глядя себе под ноги. – Установлено, что Майснера не арестовали, что его под арестом не держат. Гарантия не стопроцентная, но гестаповец владел этой информацией, и не верить ему оснований не было. Это первое. Второе! Майснер не числится погибшим. Это означает, что он может быть живым и где-то прятаться в городе. Третье! Портфель с документами так и не найден, и за ним идет охота. Видимо, сети раскинули и абвер, и Имперская служба безопасности.

Более того, немцы знают, что в городе появилась советская разведгруппа, которая тоже разыскивает эти документы.

– Иными словами, – подвел итог Буторин, – немцы знают все, мы не знаем ничего.

– Ну, не все, – усмехнулся лежавшей на лежанке Сосновский. – Они, как и мы, не знают, где портфель с документами. Проблема! А всего-то – обычный кожаный коричневый портфель с двумя замками, а сколько всего вокруг него происходит! Не полки, не дивизии – армии приходят в движение!

– Я бы добавил еще один немаловажный факт, – задумчиво вставил Коган, по обыкновению обстругивавший перочинным ножом какую-то палочку.

 – Немцы ничего о нас не знают. Строят только предположения, догадки. Скорее всего, результат их рассуждений сводится к тому, что разведгруппа должна быть, а значит, она, скорее всего, и есть. Подтвердить наше присутствие в Брянске ведь никто не может. Лже-Майснер ведь убит. Убит, Миша?

Вопрос прозвучал в неожиданно установившейся тишине, и все посмотрели на Сосновского.