— Ваши доводы засуньте себе…

— Куда именно? — саркастически хмыкает он, и одна бровь поднимается кверху.

«Джентльмен, твою мать, — мысленно охаю я. — Монокль только где?»

— Твое положение и так весьма шаткое, — криво усмехается Веприцкий. — Я бы не советовал усугублять.

И снова проводит пальцем по моей ступне. Нежно и очень бережно. Такое поведение совершенно не вяжется с его тоном. Агрессивным и чуть снисходительным. Вдобавок на мне нет трусов, что тоже не прибавляет уверенности.

— Отпусти, — прошу я, пытаясь вытащить ногу из его цепких лап.

— Подумай, что тебе нужно. Я отдам распоряжение, — усмехается он, снова оглаживая мою щиколотку.

— Мне нужна моя одежда и моя сумка, — нервно требую я. — Домашняя обувь и, может быть, спортивный костюм. Давай я съезжу домой, возьму необходимое, — предлагаю я примирительно, в глубине души лелея надежду удрать или вызвать полицию. — И верни мне мой айфон, пожалуйста, — добавляю тихо. — Мне срочно нужно позвонить…

— Ага, сейчас, — ухмыляется Вепрь. И я вижу, как на надменное и властное лицо ложится тень. — Не зарывайся, милая, — рычит он, поднимаясь. — Шмотки тебе принесут, сумку тоже. А вот про телефон забудь. Мне только твоих спасителей здесь не хватало.

— Клянусь, — шепчу я. — Верни телефон. Мне нужно быть все время на связи. У меня дочка маленькая, — уже реву я. — Если я не отвечу, она решит, что я ее бросила…

— Где она? — замирает на месте мой похититель. — Говори адрес, мы заберем.

И тут я впервые в жизни радуюсь, что Мелисса осталась в Америке. А с другой стороны, будь она со мной, моя девочка, мне бы не пришлось обращаться к Вепрю за помощью и сейчас пререкаться тоже не пришлось бы.

— Она живет в Бостоне со своим отцом, — чуть слышно лепечу я сквозь слезы. — Пожалуйста, не лишай меня единственной радости. Прошу, — реву я.

— Хорошая мамочка, да? — фыркает он и, задумавшись, смотрит в окно. Там на улице, оставляя косые капли на стекле, льет ливень.

Мне нестерпимо больно от слов Родиона. Но ничего не поделаешь… Да и делиться сокровенным не настало время.

«И настанет ли? — горько усмехаюсь я. — Выйду ли я живой из этого дома? Или меня вынесут вперед ногами и закопают где-нибудь под елкой? Тогда и говорить о своих проблемах нет смысла. Все, что вы скажете, может быть использовано против вас», — напоминаю я самой себе Правило Миранды и лихорадочно подыскиваю новые доводы для своего похитителя.

— Хорошо, — лениво сообщает он. — Я выдам тебе смартфон без симки. По всему дому вай-фай. Социальные сети заблокированы в принципе. Скайпом разрешу пользоваться только для разговоров с ребенком. Остальные мой сисадмин заблокирует. Идет? — бурчит уже у самой двери.

— Да, конечно, — сквозь слезы соглашаюсь я. Главное — Мелисса. Ну и выйти живой отсюда.