— Много раз вы могли догадаться о моей любви, но предпочитали принимать ее за что-то другое. Не раз я выдавал себя, не в силах сдержать нежность. Мною руководила страсть, которую я не в силах выразить словами, любовь, которая несказанно мучила меня. Понимаете ли вы меня? — Он нежно встряхнул ее. — Или вы все та же английская школьница, которая поселилась в моих снах задолго до того, как вы догадались, что человек, приезжавший к вашему дяде, на самом деле не находит себе места от любви?

Она неуверенно рассмеялась и уткнулась лицом ему в плечо. Обняв его, ероша ему волосы, она сейчас готова была убить его за то, что он так улыбался Лусии во время легкого завтрака, и за то, что тогда, на катере, он смотрел на нее, будто не знал, как от нее отделаться.

— Когда вы только привезли меня на Луенду, вы вели себя совсем не так, как ведет влюбленный мужчина, — упрекнула она.

— Разве? — Его губы обожгли ей шею. — Я вел себя вполне как влюбленный, моя английская мисс. Как мужчина, который не знает, хватит ли у него сил на то, чтобы скрыть свою любовь. Как мужчина, который знает, что вы боитесь его, Бог знает, по какой причине. Как мужчина, которого приводит в ярость всякое упоминание о молодом Конрое, который стоял между нами. Этот Конрой… — Он на мгновение отпрянул от нее и повернул ее лицо к лунному свету. — Вы дали мне понять, что любите его, а теперь я держу вас в объятиях, и вы отвечаете на мои поцелуи! Вы говорите, что хотите ехать к нему в Чили, но мне кажется, вам больше хочется остаться со мной. Вы хотите меня, подружка. Предупреждаю вас, что мои силы на исходе.

— Я хотела бежать от вас, Рафаэль, потому что думала, что не нужна вам. — Ее глаза наполнились слезами, он обнял ее и страстно привлек к своему сильному худощавому телу хрупкую, окутанную шифоном фигурку.

— Вы всегда будете нужны мне, дражайший друг, — прошептал он. — Если и были времена, когда я занимал оборонительную позицию, так это потому, что с вами я ощущал себя так неуверенно, как ни с кем другим. А разве вы сами не пытались замаскировать свою любовь ко мне?

— Я думала, вы собираетесь жениться на Лусии.

— Лусия всегда знала, что этого не будет никогда, но она из тех, кто не оставляет попыток до последнего, пока не увидит мужчину у алтаря с другой женщиной.

— Однако даже ваша бабушка была уверена, что вы женитесь на Лусии.

— Стоило мне познакомиться с какой-нибудь женщиной, как она тут же приходила к заключению, что я непременно женюсь именно на ней, — рассмеялся он. — Но на прошлой неделе, когда с вами случилось несчастье, и она увидела, как я встревожен, бабушка догадалась, что я, наконец-то, влюбился по-настоящему.

В лунном свете его глаза засверкали дьявольским огнем, и Ванессу охватило подозрение.

— Да вы настоящий пират! — возмутилась она.