Гости, приглашенные на завтрашний прием, уже съезжались в замок. Среди них был и стройный черноволосый молодой португалец, с такими огненными глазами, что не поддаться его обаянию было просто невозможно. Ага! — тут же поняла Ванесса, видя, как на прелестное лицо Барбары постепенно возвращаются краски жизни, так вот кого дон выбрал для нее! Через некоторое время она услышала, как зазвенел смех Барбары, от которого она начала отвыкать, и сама не удержалась от улыбки. Но улыбка вышла грустной. Дон так хорошо понимал женщин, однако сам собирался жениться на той, которая была лишена тех качеств, которыми непременно должна была обладать избранница такого человека. Например, вдова раздражала Ванессу тем, что ей недоставало чувства юмора, хотя она часто смеялась, но только потому, что использовала свой воркующий смех в качестве средства обольщения. В ней было что-то неуловимо фальшивое и бессердечное, как в камее-подделке.

Они появились в патио вместе, ее рука обвивала его руку, как золотая ветвь орхидеи. Она так и расточала свои женские чары, которые распространялись вокруг как аромат духов, отвечая на его внимание трепетом накрашенных ресниц и соблазнительной гримаской маленького пунцового рта. На ней было серебряное болеро без рукавов, к которому она надела серебряное ожерелье. Подол платья из черного крепа колыхался вокруг стройных икр. Невозможно было не признать, что ее оливково-смуглая элегантность удачно оттеняла смуглое изящество дона Рафаэля. Но Ванессе от души хотелось, чтобы такому мужчине, как дон, достался первый порыв чувства девушки, которая всем сердцем полюбила бы его, а не просто сгорала от тщеславного желания стать первой в его роскошном замке.

—Дитя мое, у вас грустное лицо. — Донья Мануэла, с которой Ванесса разделяла канапе, положила руку ей на колено. — Все еще дают о себе знать последствия аварии?

—Нет, спасибо. Я чувствую себя уже гораздо лучше. — Ванесса выдавила улыбку и, не удержавшись, добавила: — Сеньора Монтес, вы сегодня такая элегантная.

Бабушка Рафаэля взмахнула веером и взглянула через патио, туда, где дон и вдовушка вели беседу со своими друзьями. Лусия слегка склонилась вперед, очаровательно прислушиваясь и обдавая его ароматом духов, потом на мгновение коснулась его руки, и ее миндалевидно подпиленные ногти вспыхнули на фоне его темно-серого рукава. Необыкновенная белая камелия, закутанная в черную с серебром ткань, подумала Ванесса. Дон с улыбкой взглянул на Лусию, и ревность полоснула сердце Ванессы, ей захотелось вскочить и убежать прочь, и не завтра вечером, а не откладывая, немедленно уйти с этого ужасного приема.

— Они хорошо смотрятся вместе, — бодро произнесла она.