Наверное, поэтому я ни капли их не боялась. Слишком они похожи на детей. Могущественных, заигравшихся детей. Пора уже кому-то поставить их в угол за все, что они натворили.

— Хорошо, — пропыхтел Белый. — Твоя взяла. Я действительно пообещал выполнить любое твое желание, а я всегда держу слово.

— Мы сделаем это, — кивнул Черный. — Но на этом все. К нам больше не обращайся и встречи не проси. Отныне ты – сама по себе. Выживай, как знаешь, в чужом мире.

— Да вы, в общем-то, и так не особо мне помогали, — пожала я плечами. — А кто-то вовсе мешал.

Получив желаемое, я встала и повернула к двери, но на пороге задержалась.

— Ах да, чуть не забыла. Чтобы никаких больше игр! — погрозила им пальцем.

— Это уже перебор, — обиделся Белый. — Ты выиграла одно желание, а не два.

— Это не желание, а угроза. Вы видели, на что я способна. Выясню, что снова играете, и вам несдобровать.

— Да что ты нам сделаешь? — спросил Черный, но без особой бравады.

На секунду задумалась, а потом взгляд упал на Сигги, и я хмыкнула.

— А вот создам армию хомяков-умертвий, поставлю во главе Сигизмунда и натравлю на вас. Они вашу башню быстро по кирпичику разнесут.

Творцы глянули на хомяка и побледнели. Сигги выглядел, как угодно, но точно недружелюбно. Может, и прав хомяк, не желая полностью воскрешаться. В этом образе он пользуется большим уважением окружающих.

Я уже открыла дверь, когда сзади раздалось робкое:

— А монетку нашу можно попросить обратно?

Я оглянулась и строго ответила:

— Даже не мечтайте. Она останется у меня, как гарантия того, что игра не повторится, — к этому моменту я уже сообразила, что без монеты им не переместить человека из мира в мир. — Я слежу за вами. Не шалите, — сказала напоследок.

Творцы дружно вздрогнули. Кажется, мне удалось запугать богов этого мира. Значит, ли это что теперь я здесь главная? Хм, эта интересная мысль требовала особого внимания. Я обязательно обдумаю ее позже.

А пока меня ждал спуск по лестнице. Он прошел легче и быстрее, чем подъем. Вскоре я снова была на улице, наслаждалась ветерком и проплывающими мимо облаками. Верхний город все же прекрасен. Но и в Нижнем жизнь наладится, если ему не мешать.

Рядом на газон спикировал Аз.

— Я думала, ты останешься с хозяином, — удивилась я.

— Теперь ты – моя хозяйка. Сама слышала, Ночь отрекся от меня, — ответил кот.

— Мне жаль, — вздохнула я, думая, что Аз расстроен.

— А мне нет, — хитро сощурился он. Похоже, получить свободу было частью его плана. — Идем, что ли, домой, дети ждут, — добавил он, и я охотно согласилась.

После визита к Творцам я почувствовала небывалое облегчение. Вовсе не потому, что игра закончилась, и даже не потому, что мне удалось хоть как-то помочь Нижнему городу. А потому, что я сама определилась. Я хочу жить в этом мире! С Кресом и детьми.