Но что на складе? Стоит ли овчинка выделки? Часа через три-четыре французы подогнали небольшой обоз из четырех подвод, возничие русские. Начали грузить. Оба – Алексей и Матвей – так и впились глазами. Рассмотреть сложно, ибо носили что-то тяжелое в деревянных ведрах. Но разглядели все же – черные круглые шары. Ядра! Для диверсии вещь бесполезная, ибо не содержит пороха. Просто чугунный шар, довольно тяжелый.

Закончив грузить две подводы, принялись за другие две. Снова непонятка. Деревянные ящики, и тоже довольно тяжелые, судя по тому, что несли их по двое. Отгадать содержимое не удалось. Затем погрузили два деревянных бочонка, каждый литров на сто. В таких может быть все что угодно: масло, воск, вино и даже порох. Следуя логике, на складе, где хранились ядра, в бочках должен быть порох. Тогда было бы славно. Но есть ли на складе еще запасы пороха?

Алексей решил уйти, чтобы вернуться ночью. Все же какая-то ясность есть: в цейхгаузе не продовольствие и не амуниция.

Обратно возвращались кружным путем. Не от слежки избавлялись, ее не было. Уходили от неприятных встреч. То по улице группа французских солдат идет, явно разгоряченных вином, – приходилось сворачивать в переулок. А раз так несколько муниципальных полицейских из числа жителей-коллаборационистов встретились.

Когда проходили мимо Георгиевского женского монастыря, услышали истошные женские крики. Уже позже выяснилось, что с приходом оккупантов и началом грабежей игуменья монастыря, Митрополия Венедиктовна, с монахинями зарыли в землю богатейшую ризницу монастыря.

Ризница многих восхищала благолепием, о ней знали. В монастырь заявились грабители из местных. Грабить церковную утварь – святотатство. Но в лихую годину всегда находились выродки, про которых говорили: «Креста на вас нет!»

Разбойники стали требовать выдать ризницу. Монахини молчали, и тогда святотатцы стали мучить и избивать монахинь. Их крики и услышали Алексей с Матвеем.

– Посмотрим? – предложил Алексей.

Железная калитка в обитель нараспашку. За зданием храма пяток монахинь, их окружили человек семь дюжих мужиков. У всех либо ножи, либо трофейные сабли. Один в руке факел держит и им прижигает монахиням руки, спины. Монахини в годах, им такое испытание через силу. Кричат, но о схроне ризницы молчат. Разбойники так увлеклись, что приближения Алексея и Матвея не заметили. Алексей вытащил пистолет и выстрелил в спину тому, кто факелом монахинь жег. Тот рухнул замертво. Все застыли от неожиданности. Матвей схватил булыжник и швырнул в голову ближайшему грабителю. Глухой стук – и второй рухнул. Однако грабителей осталось пятеро против двоих, да еще и при холодном оружии. У Алексея только нож, а Матвей снова подобрал булыжник.