Гнида был порядочная.

Вслед за этим сообщением следовало еще одно. В сгоревшем подмосковном особняке милиция обнаружила два трупа, мужчины и женщины. Правоохранительные органы от комментариев отказались, но специальный корреспондент новостей делает предположение, что это — результат бандитской разборки. Кличка погибшего по предварительным данным Хорь. В лесу, в трех километрах от сгоревшего особняка, найдена сожженная машина, удалось установить, что она принадлежала недавно убитому мужчине, труп которого был найден за неделю до этих событий недалеко от места другой бандитской разборки. Дальше корреспондент делал еще одно смелое предположение.

Эту же передачу смотрел и Артем Беглов.

— Ну, наворотили, — произнес он, читая фамилию корреспондента, который связал воедино эти события. — Толковый парень.

Беглов ждал другую передачу. Скоро на экране замелькали титры документального фильма.

— Владимир Викторович Гудков, — говорил за кадром проникновенный голос, — кандидат в депутаты…

Артем поморщился, не переборщил ли режиссер, воспевая выдающиеся качества будущего слуги народа? Хрен с ним, он махнул рукой, кашу маслом не испортишь. Проглотят.

— Незаменимых людей нет, так-то вот, Петрович, — цинично произнес он вслух.

Артем сидел, уставившись в пространство. Взгляд упал на картины, все еще стоявшие в его кабинете. Куда их девать?

Он смотрел на полотна мастеров. Укоризненный взгляд старика с портрета тревожил душу. Кто знает, какой криминальный след тянется за этими картинами…

— Ладно, впихну Гудкова в Думу, — пообещал Беглов портрету, — тот что-нибудь придумает, он мужик толковый и осторожный. В дар городу или еще какую акцию провести можно. Дареному коню в зубы не смотрят.

Все складывалось неплохо. Артема мучили лишь последние слова умирающего Хоря, что у него в команде есть предатель. Кто? Пока он не знал ответа на этот вопрос. Ничего, его лицо окаменело, он найдет, обязательно найдет эту гниду, дай только время.

Лера сидела в просторном холле, расположенном перед концертным залом, и играла на рояле. Днем сюда редко кто забредал из отдыхающих. Елена с Дашкой ушли гулять, и Валерия упражнялась одна.

Пальцы привычно бежали по клавишам. Она занималась любимым делом, на душе становилось легче. «Ленка права, — думала Валерия, — вот мое спасение». Будет работать, как мул, как галерный раб, и добьется успеха. Она не собирается превращаться в домашнюю женщину. Артем… Как Ленка сказала: не надо все усложнять? Валерия закрыла глаза: так захотелось, чтобы он оказался сейчас рядом. В конце концов она человек с нормальными инстинктами, ей никто не нужен, кроме Артема. Не она виновата в том, что в этой жизни все так переплелось.