И очень хотелось проснуться. Он даже испугаться как следует не мог.

Артем подумал о том, что совсем недавно перед ним заикался от страха Петрович, которого уже наверняка нет в живых. Гнев на незнакомого парня внезапно пропал. Он раскрыл саквояж, который стоял на полу, и присвистнул.

— Это на Дружбе взял?

— Да, — выдавил Мирзоян.

— Понимаешь, какое дело, парень, — Артем, закусив губу, задумчиво смотрел на Ашота. — Я ведь тебя искать начал не из-за этих вот штучек-дрючек.

Он запустил руку в раскрытую пасть саквояжа и вытащил пригоршню драгоценностей.

— Вещи замечательные Тихарь собрал, вернее, даже не он, а Павел Крест, но да ты все равно про него не знаешь. Не спорю, у любого голова кругом пойдет.

Он повернулся к Мирзояну:

— Ты влез не в свое дело. Тихарь, помирая, что велел?

— Передать вам, что… — Ашот слово в слово повторил последний наказ умирающего у него на руках старика.

— Что же ты, парень, не исполнил волю покойного?

— Сам не знаю. Как про клад услышал, подумал, что отберете все. Вот и решил…

— Когти подорвать, — закончил за него Артем. — Думал, не найдем тебя, да?

— Старик предупреждал меня. Последние слова были: сделай, как велю, Беглов найдет тебя. Как сейчас слышу. — Он опустил голову.

— Поздно ты их вспомнил, — усмехнулся Артем. Поговорка есть такая: «Дураков и в церкви бьют». Не слыхал?

Ашот молчал. Он думал о том, что никогда в жизни не брал чужого. Жил в бедности, испытывая вечный недостаток, первый раз в жизни судьба улыбнулась ему, и вот результат. Если бы он не подался в Рыбинск, разыскивать эту женщину, а сразу уехал, он смог бы… Нет, он уже никогда ничего не сможет. Ему вечно не везло. С такими, как он, это будет происходить всегда. Он дурак, дур-рак! Сто раз идиот! От него ничего не требовалось, надо было сделать так, как просил старик перед смертью. Он решил поиграть с судьбой, обхитрить ее и попал в ловушку. По его лицу тек пот, но он не замечал этого. А что теперь? Возвращаться в поселковую больницу, в эту нищету? Ехать на родину, где никому не нужен? Дядя Сурен, который обещал помочь… Куда он может поехать без денег? Да и отпустит ли его этот суровый человек, к которому привезли?..

Артем наблюдал за Мирзояном.

— Я тебя больше не держу, — сказал он.

— Что? — очнулся Ашот.

— Ты больше не нужен. Будешь болтать о том, что с тобой произошло, долго не проживешь. Я обычно выполняю свои обещания.

Ошарашенный Мирзоян стоял среди ночи в центре Москвы. Проносились машины, из подвальчика ресторана слышался заливистый женский смех. Он бы мог все это иметь, жить полной жизнью, на всю катушку. Мечта была совсем рядом, только рукой дотянуться осталось. Теперь у него не будет ничего. Утраченная надежда сейчас казалась особенно прекрасной и недостижимой. Рядом была реальность.