Иван аж присвистнул: «А порт-то неслабый! Стоит попытать счастья устроиться здесь».

Сказано — сделано. Покрутив головой, попаданец приступил к поиску.

Очередной трудный день подходил к концу. Как бы они ни старались, как ни подгоняли плетущихся словно сонные мулы носильщиков, до вечера не смогли разгрузить судно купца Панталопса. Это значит премия будет меньше. Опять. А всё из-за кривоногого идиота Ванта, вывихнувшего себе вчера ногу.

Самый мощный и сильный грузчик выбыл из строя как раз в тот момент, когда он был больше всего нужен. Да, можно было вложиться и заплатить аж два золотых магу-лекарю.

В горячке первого дня даже послали за ним. Хорошо, что уважаемый Пелюк отправился по делам в город и вернётся только завтра. Успели бы разгрузить купца — неизвестно, а на лечение потратили бы прорву денег!

Тяжёлые мысли скуповатого сотника Летена были прерваны десятником. Минуту Летен пытался сбросить груз мыслей, чтобы понять, чего этот болван хочет. Наконец, понимание зажгло слабый огонёк интереса. Оказалось, что объявился новый кандидат в грузчики.

Через день, да каждый день являлись разной упитанности оборванцы, влекомые слухами о сказочных заработках в порту.

Треть этих бедолаг не могла даже поднять на спину мешок с зерном, а треть из поднявших не могла донести его до телеги. Оставшихся недоделанных крепышей приходилось откармливать и обучать, что было очень трудно. Туповатые крестьяне плохо поддавались обучению и постоянно норовили что-нибудь стянуть. В итоге в артели оставались единицы.

В обязанности Летена входило отсеивать немощных и откровенных идиотов. В то, что прямо сейчас, волшебным образом, появится здоровяк, способный тут же заменить силача Ванта, поверить было невозможно.

Сотник вздохнул, рывком поднялся, сбрасывая с себя ленивую депрессивную муть, и вышел из своей конторки.

Попав из полутьмы на яркий свет, мужчина проморгался и обомлел. Рядом с десятником стоял огромный северянин. И огромный — это не было преувеличением. Он был на голову выше десятника и на полголовы выше самого сотника, который считался одним из самых долговязых в порту. Могучие плечи теснились под хлипкой кожаной жилеткой, не давая краям сойтись.

Бугрившиеся мышцами руки, кубиками пресс… Красивое пропорциональное лицо, прямой нос, белые ровные зубы. Но главное, умные внимательные глаза с поразительным внутренним спокойствием смотрели на начальника, ничуть не стесняясь его начальственной харизмы.

Именно этот взгляд поразил мужчину сильнее всего. Каждый пришедший устраиваться крестьянин чуть не в ноги падал, глаза поднять боялся. Городские парни были понаглее, но тоже проявляли глубокое уважение к человеку, который решает их судьбу.