Документы надежно спрятаны, но я боюсь, что он узнает.

Мой план сработает, вдруг понимаю я.

Это наш последний вечер с Яном, о чем он даже не догадывается.

Встаю за их креслами.

Нужно держать руку на пульсе.

Видеть, что происходит.

Уходить, пока я на все сто не буду уверена, что Дубнин обезврежен, нельзя.

Люди Яна идут вдоль дома. Это группа захвата. Огибают дом с двух сторон и подходят к подъездам. Рядом с крайним два одинаковых черных внедорожника. Картинка с камер плохая, но хоть что-то. Отстраненно наблюдаю, с каким азартом Ян пожирает взглядом монитор.

Они сейчас встретятся.

Затаиваю дыхание, на душе не азарт, а липкий страх, что что-то не срастется и мои планы рухнут. Я даже не горю местью, как раньше, хотя этот урод порядком испортил мне жизнь.

Я хочу, чтобы все закончилось.

— Вот они, — кидает Ян.

Остаюсь на месте, когда оба прилипают к экрану.

От меня ничего не зависит.

Чисто мужское развлечение.

В каждом внедорожнике по водителю. Их обезвреживают, заходят в подъезд, и там возникает стычка.

Меряю шагами гостиную и жду, когда все закончится. Мне не интересно, как именно из курьера и его охраны будут выбивать дерьмо.

Останавливаюсь, когда слышу возглас:

— Ян, конверт у нас.

Приближаюсь, когда под камеру охранник распечатывает коробку и демонстрирует протез пальца… Он похож на отрезанный палец перчатки. Только сделан под цвет кожи и в мельчайших деталях, словно кожу с пальца сняли чулком.

— Сделан из силикона, — рассказывают ему, поворачивая добычу перед камерой. — Папиллярный узор качественный, в мельчайших деталях. Размер не ваш, этот крупнее. В подушечке и фалангах, твердое основание…

— Он делал под себя, но с твоим отпечатком, Ян, — сообщает Герман, изучая картинку. — Собирался использовать. Ясно, почему палец нужен был свежим. Снять отпечатки.

— Допросите курьера, — приказывает Ян.

— Вы знаете, кому принадлежат отпечатки? Яну Горскому. Сейчас с вами говорят его представители. Для кого вы доставляли конверт?

Настороженный взгляд в камеру, и он сразу начинает говорить:

— Александр Дубнин, — называет адрес, маршрут, телефон.

— Не слишком быстро сдался? — хмыкаю я.

— Он просто боится, что ему отрежут пальцы и утопят в карьере. Давайте по адресу, — говорит Ян. — Этих ребят придержите.

Со вздохом отхожу от монитора.

Там снова суета. Рассаживаются по машинам, решают, как добраться до врага. Продолжают допрашивать: как связываются с боссом, к какому часу ждут и прочие детали.

Если люди Дубнина пойдут на контакт и сдадут контакты и явки, у нас может получиться. Думаю, курьер — приближенный к Дубнину человек, боялся больше не карьера, а того, что их банда раскрыта. Боялся большого срока и тюрьмы.