Он взял след и не успокоится пока не порвет противника. Он сейчас, как гончая собака — видит только добычу…

Герман среди мужчин в гостиной. Сначала даже не узнаю: на нем футболка и обычные тренировочные штаны, только по развороту плеч и лысине понимаю, что это он.

Не видела его в доме.

Либо отлеживался, либо недавно приехал.

Отдает приказы, снова вернулся в строй.

Оглядывается и мы пересекаемся взглядами.

Он кивает — поздоровался.

Я слегка улыбаюсь, показывая, что заметила вежливость и киваю в ответ. Раньше он только Яна приветствовал.

Меня знобит, срочно нужен кофе. Натягиваю рукава лонгслива на ладони, словно сейчас зима, и неловко беру кружку.

Сегодня все решится.

И как перед любым важным днем в жизни у меня мандраж.

Мужчины обсуждают план в гостиной, а у меня свой план. Женский, простой — просто быть со своим ребенком, но он важнее, чем любой другой. Кручу и кручу в голове. Это моя репетиция, чтобы все получилось и все удалось.

— Захватываем курьера после того, как получит слепок. Кто проведет оперативный допрос?.. — долетает жесткий голос Германа.

Ему что-то отвечают.

Снова прокручиваю в голове: как только появится возможность и пойму, что с врагом покончено, собираюсь и валю. До этого нельзя. Нужно убедиться, что нам с Марком ничего не будет грозить…

— Увеличьте численность охраны и подберите людей с навыками, чтобы… — в кухню входит Ян и натолкнувшись взглядом на меня, замолкает. — Привет.

— Привет, — выдыхаю я, но отвожу глаза и пытаюсь проскользнуть мимо.

После вчерашнего разговора мне рядом с ним неловко.

Он, конечно, подумает, что я ради денег с ним рядом была.

А разве это не так?!

— Вера, подожди! — бывший догоняет меня на лестнице. — Все нормально?

— Мы вечером поговорим, помнишь?

— Что тебе заказать?

Ты, конечно, самое дорогое закажешь. Такое событие.

— Давай решим, — мягко говорю я, — когда будет повод праздновать. Выбирать заранее плохая примета.

Я прячусь от Горского у себя.

Он такой милый со вчерашнего дня.

Словно правда верит, что впереди может быть чистый лист и мы начнем сначала. Ты не все знаешь, Ян… А если точнее: абсолютно ничего.

Романа привозят под вечер.

Со второго этажа наблюдаю, как его выводят из затонированного фургона: в наручниках и с мешком на голове.

Сейчас все начнется.

Появляюсь в гостиной, когда с него снимают наручники. Мешок уже снят, слегка взъерошенный, он ждет, пока руки раскуют.

Мы встречаемся взглядами.

Роман смотрит долго, не мигая. Наручники снимают, и он отворачивается.

— Моя охрана задержит курьера, — сообщает Ян. — До этого будешь здесь, координировать удаленно. Потом поедешь на место, когда узнаем местоположение Дубнина.

Роман садится в кресло, словно он режиссер этого адского спектакля.

— Вера, ты здесь? — замечает меня Ян.