Однако если бы мне пришлось делать ставку на то, кто из моих бойцов в этот день добьётся успеха, я бы поставил именно на неё.

— Ни́кта, — обратился я к девушке. — На тебе прикрытие подразделения.

— Есть, сэр! — отозвалась она, раскладывая в боевой режим снайперскую винтовку модели «Гром».

Её взгляд всегда казался немного отстранённым и загадочным. Я понятия не имел, о чём она думала или переживала, но она всегда оставалась дружелюбной, задорной, улыбчивой и уверенной в себе. А приказы, как правило, исполняла чётко. Поэтому на поле боя я ей доверял практически безоговорочно.

— Головорезы, за мной! — продолжил я. — Шлемы надеть! Рассредоточиться группами по трое. Интервал пять метров.

Я отдал мысленный приказ нанокомпьютеру — расторопные наноботы образовали на моей голове шлем с затемнённым визором. Все бойцы штурмовой группы последовали моему примеру.

Как только я дёрнул рычаг, рампа десантного транспортника с тихим скрежетом опустилась вниз, образовав трап. Я снял с пояса футляр штурмовой винтовки Цунами и смело шагнул вперёд.

Перед нами открылся безрадостный пейзаж практически полностью разбомблённого города: высотные здания представляли собой дымящиеся покосившиеся развалины из металла, бетона и стекла. Уцелевшими оставались лишь некоторые, да и те красовались выбитыми окнами и зияющими огромными дырами от попаданий снарядов. Улицы перекрывали обломки строений и поваленных столбов, искорёженный гражданский транспорт, разбитая военная техника — от обычных танков и бронетранспортёров до пятиметровых стальных мехов. Всюду разносился дым от многочисленных кострищ. В свете заходящего солнца, окрашивавшего местность в кроваво-красные оттенки, картина предстала довольно мрачная.

Наша цель — одна из немногих уцелевших высоток в километре от зоны высадки. Именно там, согласно разведсводке, противник организовал временный штаб.

Я повёл штурмовое подразделение направо, прямиком в тёмный переулок. Центральная улица была слишком широкой и отлично просматривалась на сотни метров — снайперы противника наверняка держали её под огневым контролем.

Пробираться приходилось через завалы и нагромождения разбитой техники. Сканеры не работали, как и связь, поэтому мы полагались лишь на визуальный контроль. Общались условными жестами и вербально, без использования заглушённых интеркомов.

Группа «А» в количестве трёх бойцов шла в авангарде, производя разведку. Группа «Б» заняла левый фланг, а группа «В» — правый. Я шёл по центру, контролируя действия всего отряда. В тылу нас прикрывала Ни́кта со снайперской винтовкой.

Продвижение в узких, запутанных переулках шло медленно, но за пятнадцать минут никаких признаков противника мы не обнаружили.