— Вообще-то, если тебе неизвестно, Макаров, генерал Гаврилович скончался две недели назад в местах лишения свободы, не дождавшись ни расстрела, ни реабилитации. Банальная двусторонняя пневмония… Его семью никто не тронет, даже эту гадкую девчонку, если сама, конечно, не попадется… Ты почему ее не взял?

— Бегает быстро, Виктор Иванович, — смутился Алексей. — У меня не было ни сил, ни патронов.

— Ага, желания у тебя не было, — фыркнул командир. — Скажи, ты уверен, что немцы не вытащили из болота эту машину?

— Уверен, товарищ подполковник, лично проверил. Она в болоте.

— Ты эту плутовку сразу стал подозревать?

— В ней что-то было неправильное, решил подстраховаться, сообщил им, что ценный груз находится в другой машине. У них не было оснований не верить. А номера заляпаны грязью. Немцы-то знают, где их архив, но как прочтут нечитаемый знак? Вот и носились с нами как с писаной торбой…

— И куда она теперь — вернется к Гриневскому?

— Пусть возвращается, пусть делает, что хочет. Пусть даже к своим любимым американцам прорывается, если ей надо…

— Нет, ты точно открытая книга, Алексей, — заметил подполковник. — Ведь хочешь же в душе, чтобы она добралась до своих американцев…

— Давайте замнем, товарищ подполковник? Разрешите и вас поставить в неудобное положение. Признайтесь честно, ОКР товарища Юхимовича тоже интересуется этим делом?

Крахалев помрачнел, как-то опасливо стрельнул глазами и скупо ответил:

— Этим делом кто только не интересуется. Не исключаю, что полковник Вяземский и есть тот самый опосредованный персонаж…

— Тогда вам надо приложить усилия, чтобы мы выбрались сухими из воды…

— Сухими, говоришь? — Подполковник вдруг нахмурился, вспомнив что-то неприятное, и сразу сменил тон: — Так, я не понял, капитан, за каким хреном ты утопил в болоте особо ценные архивы? Ты что-нибудь соображал, когда это делал? И как прикажешь извлекать их из болота? Поиздеваться решил?

— Краном, товарищ подполковник, краном, — скромно опустил глаза Алексей. — Подгоняете кран, сносите опушку, к чертовой матери, и достаете свои сокровища. Или ставите два танка паровозиком — и тросом… Придется постараться, но сейчас всем трудно. При необходимости — осушите болото, хм… И вообще, идите к черту, Виктор Иванович! — рассердился он. — Что вы как ребенок? Так возмущаетесь, будто сами полезете в болото и будете лично вытаскивать эту трехтонку. Зато надежнейшее место, согласитесь. Груз упакован в герметичные контейнеры, не пропадет, даже если пару десятилетий там пролежит…"

"— Типун тебе на язык, — испугался Крахалев, — никаких десятилетий. За этот период наши косточки в земле уже побелеют… Ты молодец, Макаров, — неожиданно засмеялся он. — Всех обманул. И себя тоже.

Алексей сдержал улыбку.