Открытие у нас в пять, время есть и всё, по большому счёту, готово, но утром уже начнут прибывать сотрудники, работники и участники.

Бакс, разумеется, всех проконтролирует. Но его-то тоже нужно контролировать, правда? Барышни потом отправятся к парикмахеру, а я буду встречать своих друзей-приятелей.

У подъезда никто нас не подкарауливает, в подъезде тоже. Мы поднимаемся домой и начинаем заниматься своими делами.

— Сестры, — говорю я через какое-то время, — а не побаловаться ли нам чайком?

— Кончился чай, — отвечает Лида.

Она только фыркает в ответ. Понятно.

— Чай нам просто необходим, — настаиваю я. — И, кстати, что у нас на завтрак?

— Ничего, — пожимает она плечами.

— Ладно, сейчас сбегаю в магаз. Чего купить?

— О, купи торт! — оживает Айгуль.

— Торт? — удивляюсь я. — На завтрак? Какой, интересно?

— А, блин… как ты уже стала говорить… Короче, в нашей булочной не продают. Безе. Это вон там, — она машет рукой в сторону окна. — Надо через двор пройти, а за розовым домом повернуть налево и там такая тропинка будет через сквер. Идёшь по ней до пенька. Его сразу видно. Вот, а за пеньком…

— Так, стоп, по таким ориентирам я не пойду. Хочешь торт, пошли со мной, покажешь дорогу.

Она несколько секунд колеблется, а потом соглашается.

— Ладно, пойдём. Тебе пока объяснишь… Быстрее самой сбегать, в натуре. Пошли скорей тогда уже.

Мы выходим из дому и идём по маршруту Айгуль.

— Это и есть твой скверик?

— Ну а что? Как его назвать ещё? Вот и пенёк, всё как я объясняла.

— Это не сквер, а три тополя на Плющихе. Просто заросли какие-то между домами. Тоже мне скверик.

Странное чувство… Правда странное. Преждевременное. Не ко времени. И не к месту.

Мы движемся по узкой тропинке, проложенной по этому типа «скверику» и, пройдя через следующий двор выходим на улицу прямо к булочной.

— Здесь отличный кондитерский отдел, — говорит Айгуль и улыбается в предвкушении.

Я смотрю на неё новыми глазами, как будто она простая обычная девчонка, весёлая и, может быть даже добрая, лёгкая в общении… Я понимаю, что, наверное, обманываюсь, и мне становится немного грустно.

Жаль её, хорошую, в сущности, девушку, выбравшую дурацкую, нелепую и полную горьких разочарований судьбу. Вернее даже и не выбиравшую, а попавшую на воспитание к родственникам и впитавшую с молодых ногтей романтику лихой жизни.

Я пытаюсь представить её лет через двадцать и не могу, не могу придумать, какой она может стать и что её ожидает в будущем. А потом я представляю, будто мы пара, например, старая супружеская пара, прожившая вместе лет пятьдесят…

— Ты чего? — толкает она меня в бок, прогоняя глупую иллюзию.

— Передумал что ли? — хмурится Айгуль.

— Чего передумал? — не понимаю я.

— Торт покупать, чего же ещё!

— Передумал? Нет, конечно. Выбирай.