Ну иди же!

Два шага, и я у мокрой всё ещё сомкнутой киски со взведённым агрегатом, из которого сочиться, похоже, не хуже. Девки, что ласкали Зоррин красные сами, как помидоры.

Когда головкой упираюсь меж губ, «рабыня» ахает. Несмотря на смазку проходит туго. Влагалище впускает нехотя.

— Тише, девочка, — раздаётся от Лихетты! Которая начинает её по волосам поглаживать.

Другие подключаются, гладят, утешая.

— Тшшш, сестрёнка…– раздаётся со всех сторон, и звучит несколько цинично.

Понимаю, что ей, похоже, больно, но остановиться не могу!! Ввожу, растягивая до предела плоть. Кричит!! И тут же поцелуем Лихетта ей рот закрывает. Засасывает настойчиво, со знанием дела.

Крошка сразу успокаивается, расслабляется, анус снова выпучивается. И члену моему внутри становится легче, будто сжатые тиски, наконец, разжимаются. И я ввожу глубже, натягивая некогда ретивую сучку. Но заходит лишь на две трети члена, дальше «тупик», возвращаюсь назад. Медленно работаю тазом, толкаю понемногу, разрабатывая щёлку.

Очень скоро Зоррин высвобождается из объятий Лихетты, и начинает стонать, громко и протяжно, весьма возбуждающе.

Толкаю сильнее, разгоняюсь, воет сучка… И тут вдруг как подкатило резко!! Контролировать не могу.

— Млять!! — Вскрикнул, и только назад задницей подался, ощутил резкую и настойчивую лапу между ног! Ёп твою дивизию, Мунира! Суккубка просунула ладонь сзади и надавила под яйцами с силой. Спазм пошёл, а поток спермы мне снова мастерица перекрыла!

С ожидаемого взрыва рефлекторно ещё вперёд подался. Кричим вместе с Зоррин в такт, все мои сокращения ей передаются. И мне, млять, ещё страшно оттого, что семяизвержение контролирую сейчас не я! А Мунира, которой стоит только отпустить… вынимаю всё же. Отпускают сзади.

Успеваю лишь мельком увидеть кровь на члене, мне тут же его полотенцем вытирают.

Распечатанную Зоррин в свои объятия подгребает Лихетта. Спиной к своей груди, охватывает за животик и сисеньки. Теперь обе на меня смотря. Опытная довольно и одновременно мило. Черноглазая молодуха с потекшими тенями, чуть всхлипывая, с обидой.

Вот тебе и самая дерзкая. А сколько гонора было.

Подаюсь всё же, не чужая же, в щёку хоту поцеловать. А тут самая мелкая и самая кровожадная Туллия путь преграждает! В глазах решительность звериная, я аж испугался.

Будто мстить за сестру решила! Похер, что сама привела, ей лишь бы повод, головорезке этой!

Лифчик свой снимает, обнажая высокий и эстетичный второй размерчик, трусы сдирает с себя и на меня стоящего запрыгивает! Лёгкая, казалось бы, как пушинка, а ногами атлетичными на талии сжала мощно. Пришлось за попу подхватить, только тогда расслабила. Висит на мне в глаза своими чёрными щёлками смотрит.