Зоррин стоит бедная подрагивает, дыхание её периодически перехватывает. Похоже, две чертовки снизу нащупали эрогенную зону, обрабатывая языками соски.

Только я решил, что стою без дела несколько нелепо, Дениз опускается на корточки с ляжками в стороны, как лягушка и ствол аккуратно приподнимая, начинает яйца мне лизать! Мунира сзади усаживается и булки разводит мои!! Начинает сфинктер мне вылизывать короткими быстрыми рывками, что аж в головку члена отдавать сладостью стало.

Мляяя, не думал, что это так приятно. Начинаю содрогаться, хихикают сучки снизу.

Но я держусь. Такие ласки очень приятны, но не уносят сознание прочь. Моё внимание вновь приковано к «рабыне», которой тоже уже юрким длинным языком Исидора начала лизать сжатую дырочку попки!

При всех манипуляциях писю Зоррин они не заслоняют, будто специально мне дают на неё смотреть. А она сомкнутая и нетронутая, такой нежной щёлочкой выпячена! От кайфа еле на ногах стою, две сучки вытворяют языками такое… и так умело, не дают телу привыкать. То лижут, то целуют, то дуют на влажное местечко.

Лихетта, до этого сидящая невозмутимо, вступает в игру, подползая к опущенной головушке нашей девственницы.

Как только берет её за подбородок, поднимая мордашку, все четыре ласкающие её суккубки разлетаются прочь, как растревоженные бабочки.

Старшая засасывает Зоррин прямо в губы. Девочка аж замычала! Задрожала! От одного долбанного поцелуя подогретая ласками малышка затряслась вся. Хвост поджала, дырочки закрывая, так Туллия подлетела, ухватила за основание и как вздёрнет его!

Да что Лихетта с ней… анус у «рабыни» сжался на миг, под хихиканья наблюдательниц, заходил ходуном тут же, а затем выпучился! А меж половых губ всё ещё сомкнутых, блеснуло, и как потянулась тонкой струйкой прозрачная смазка быстро!

— Ох, какая скромная девочка, — прокомментировала ласково Рики, наблюдая за процессом.

— Лихетта умеет расслаблять, — выдала Лауретта хищненько.

А смазка сопелькой прозрачной уже растянулась до одеяла. Замычала сильнее Зоррин, анус некогда крохотный и незаметный набух и выпучился ещё сильнее, раскрывая розовую полость. А меж губ половых, как полились по тонкой струйке новый поток за потоком, наслаиваясь!!

— Мммм, действительно скромница, — запели другие.

Хвостик задёргался, который Туллия в задранном виде всё держит с оскалом, глядя на поток.

Отлипла Лихетта с видом победным. А Зоррин закричала прерывисто, отдышаться не может, а из письки смазка всё тянется, сфинктер как раздражённый, почти что разговаривает, раскрывается до плоти розовой и сжимается отчаянно. Девочка стоит послушно раком, обтекает, животик ходит ходуном.

Меня уже не ласкают, расступились, давая дорогу. Всем своим видом показывают.