Связь, которой нас обеспечили потомки, позволяет это делать быстро и, самое главное, безопасно.

Низкое декабрьское небо сыпало мелким снежком. Вечерело. Трофимов, выйдя из здания политотдела и намереваясь пройти к порталу, стоял у дороги, пропуская технику одной из дивизий 20-й армии. Армия получила приказ о наступлении и выдвигалась в районы сосредоточения.

Неожиданно прямо перед ним остановился БТР-50. Судя по количеству антенн на броне и приспособлений для развертывания еще и дополнительных, Трофимов понял, что это КШМ. И правда, открылся люк, и из него показался его знакомый – полковник Михайлов, командир 101-й МСД.

Сбив на затылок танковый шлем, он активно махал рукой идущему за ним БТРу и кричал:

Закончив с организацией движения, он обратил внимание на Трофимова.

– Здравия желаю, товарищ полковник! – Трофимов привычно козырнул.

– Ну что, майор? Вот и наступило время «Ч». Ты как? Не хочешь с нами прокатиться в тыл к немцам?

– Увы, Григорий Михайлович. Моя боевая ценность немногим более, чем любого твоего рядового бойца. И то только за счет погон и той единственной извилины от фуражки, что отличает кадрового военного от новобранца.

А так – лишний рот. Голодать-то я уже отвык.

– Да, я заметил. И все же – когда у тебя будет возможность повоевать? Фронт соединится с нашим районом, и все!

– А надо ли это мне?

– А для самоуважения? Я ж так понимаю, погоны ты не для наживы надевал? Не получится, что, отказавшись сейчас, потом будет стыдно? Не было такого у тебя в жизни?

Трофимов молча топтался у брони, размышляя над услышанным.

– Ладно, майор. Бывай! Некогда мне.

– Подожди, Григорий Михайлович. Ты прав, есть в моей жизни моменты, которые я позже хотел бы исправить.

Но, увы, это невозможно. Но вот множить эти случаи мне крайне не хочется. А то ведь действительно уважать себя перестану, а это конец. Дай мне пятнадцать минут.

– Хорошо, жду, – ответил Михайлов и тут же прокричал куда-то под броню: – Глуши! Курим!

Слова комдива зацепили за живое, и Трофимов решился. Забежав в отдел, под удивленные взгляды сослуживцев из местных Трофимов сначала вырвал листок и набросал несколько строк, после чего обратился к ближайшему:

– Леша, знаешь моего друга Богомолова? Большой такой подполковник из комендатуры.

Передай ему эту записку. Только обязательно сегодня! Очень прошу!

После чего открыл сейф, достал штатный ПМ в кобуре, пачку патронов, портупею, офицерскую сумку и стоящий внизу вещмешок, в котором Трофимов на всякий случай хранил сухпай, несколько банок консервов, аптечку со специально подобранным набором медикаментов. Достал из кармана и на место кобуры положил мобильник и документы на машину с правами. После чего снял с вешалки позади стула и надел теплые штаны из зимнего комплекта камуфляжа.