Такой свободолюбивый кобель бегал еще несколько месяцев назад, и вдруг стал стопроцентным русским каблуком. Ну точно мои гены.

— Макс, Ника, — подает голос Слава, и пять пар глаз мгновенно устремляются на нее. — Учебный год длинный, расстояние между Нью-Йорком и Москвой тоже, поэтому папа с дедом Игорем хотят предложить вам кое-что.

— Есть программы по обмену студентами, — Это уже я вступаю. Мы со Славой частенько работаем слаженным родительским дуэтом. — Между МГУ и Нью-Йоркским университетом такие тоже имеются. Поэтому чтобы не мучить себя перелетами и не пропускать учебу, предлагаем одному из вас вступить в такую программу до конца учебного года. Либо ты Ника, — смотрю на порозовевшую девушку сына, — можешь переехать в Нью-Йорк до конца учебного года. Либо ты, Макс, можешь поехать в Москву и несколько месяцев обучаться там. Выпускные экзамены сдавать разумеется будешь здесь. С жильем проблем, у вас, к счастью нет, тут о вас родители позаботились. Остальное решать вам.

Макс в удивлении морщит лоб и начинает улыбаться. Пора бы свыкнуться с мыслью, как повезло ему с отцом. Ника вообще выглядит так словно сейчас кинется мне на шею. Это она зря. Моей пузатой мегере может это не понравится. Вообще, девчонка на вид хорошая. Чем-то матрешку двадцатилетней давности напоминает. Вроде и напоминает, но все равно другая. Потому что второй такой, как моя жена больше нет.

— Пап, мам, — сын переводит взгляд с меня на Славу. Конечно, он выберет Нью-Йоркский. Любой бы выбрал. — Я, наверное, в Москву поеду.

Блядь, вот это удивил. Я аж селедкой под шубой поперхнулся.

— Мы конечно с Ни-кой все еще раз обсудим, но пока так. Там я и за фирмой смогу присматривать, и деда своим присутствием порадую. Я же вроде как его наследник и он меня обожает.

— И меня обожает, — скромно подает голос Маша.

— Ой, да он всех обожает, — фыркает Саша. — Каждый вечер меня фотографиями ремонта закидывает. Намекает, что в гости нас ждет. Давай, Макс, едь в Москву. А машину мне свою отдашь — она мне так идет.

Дети начинают по обыкновению пререкаться, а я поворачиваюсь к Славе. Она тихо вздыхает и понимающе мне улыбается.

— Пусть едет, Гас. Нас тут много, а там папа один с Любой.

Конечно, пусть. Макс уже взрослый, да и мне стакан воды подавать не нужно. Пока есть возможность, буду поддерживать сына в любом начинании.

45

Десять месяцев спустя

Слава

Июнь в Москве не выдался жарким, но шея и плечи все равно покрываются испариной. И принесенный Гасом безалкогольный мохито не помогает. Климакс у меня что ли? Да нет, какой к черту климакс, доктор Андерсон на прошлой неделе сказала, что судя по анализам я до шестидесяти смогу рожать. Главное, Гасу об этом не проболтаться.

— Эй, мама-медведица, волнуешься? — с усмешкой спрашивает муж. — Всю помаду съела.