А там еще несколько минут царила полная, кромешная тишина. Преподаватели удивленно переглядывались и с укором смотрели на несдержанную коллегу. И тут один из студентов, с ярко-рыжими, как огонь, волосами, и веснушчатым лицом, довольно милым, но сейчас искаженным гневом и негодованием, встал и на вопрос профессора Сиоми, готов ли он ответить, порвал и свой билет, и исписанные листы с ответом.

- Я в этом участвовать не намерен! - прохрипел он, - Вы поступили жестоко и глупо! И Мелисса права, вы не имеете права лезть в ее личную жизнь! Она одна из лучших студенток курса, а вы.

.. - он еле сдержался, чтобы не опуститься до оскорблений, - Если с этим произволом ничего поделать нельзя, я просто отказываюсь в нем участвовать!

Он взял обе сумки, свою и Мелиссы, и покинул аудиторию.

- Ну что, - прорычала покрасневшая от гнева профессор, - кто-то еще хочет провалить государственный экзамен?

И тут произошло то, чего она не ожидала, все студенты, кто-то быстрее, кто-то медленнее и неохотнее, поднялись со своих мест и просто ушли!

Кайл нагнал Мелиссу у самого выхода из академии, зареванную, в расстегнутом пальто и неопрятно накинутом на плечи шарфе.

Меньше четверти часа назад к нему в кабинет ворвался Алан, ее одногруппник, и вкратце рассказал о том, что произошло на экзамене, он же отдал ее сумку. Бедняжка, столько всего свалилось на нее за последнее время! И это более, чем несправедливо, она ведь даже сдачи дать неспособна, тихоня тихоней!

- Профессор.. - всхлипнула она, - Кайл, отстань, меня уже тошнит от преподавателей!

- Пойдем, я все устрою...

- Что? Что устроишь? Еще больше убедишь эту грымзу, что я учусь здесь только благодаря тебе?! Я поступила сама! Сама! Слышишь?! Я всего и всегда привыкла добиваться сама! И никто, никогда мне ни в чем не помогал!

- Я знаю! - он попытался обнять ее, но она вывернулась из его рук.

- И твоя помощь мне не нужна! Сама справлюсь! Всю жизнь справлялась!

Она хотела снова оттолкнуть его и направиться... хоть куда-нибудь, подальше от этой чертовой академии, но он вдруг притянул ее к себе и поцеловал! Ошарашенная, она не нашла в себе сил даже дать ему пощечину.

- Успокоилась? - оторвавшись от ее губ, усмехнулся он, глядя на пораженную девушку.

- А теперь - домой! Вечером вернусь и все обсудим, ясно?

Она неуверенно кивнула, а он тем временем повесил ей на плечо ее сумку и переместил домой.

Оказавшись в гостиной, она на несколько минут застыла посреди комнаты. Слезы душили, и появилось навязчивое желание разбить что-нибудь об пол. Кроме нее в комнате не было никого, даже вездесущий Эдберт не появился. Там, давно, в прошлой жизни, когда она приходила домой, ее хотя бы встречал брат. Он всегда был рад ей и мог развеселить, когда ей было плохо или грустно.