Если она заподозрит обман или хитрость, это ранит ее открытое, доверчивое сердце, а ее искренность и откровенность, составляющие наиболее обаятельную сторону ее натуры, могут погаснуть.

— Ты знаешь, Энн, я ведь чуть ли не боялась, что Томми тебе не понравится, — говорила Майра. — Ну разве не глупо? Я и вправду думаю, что это он вложил такую мысль в мою голову. Он, кажется, считал, что ты и Джон можете подумать, что он слишком стар для меня. Я видела, что он удивился, когда ты с ним начала говорить так любезно.

— Почему мне не быть с ним любезной, если он был так добр к тебе?

— О Энн, ты душечка. Я всегда тебе буду все рассказывать, вот увидишь! — После небольшой паузы она добавила еле слышно: — Знаешь, он поцеловал меня.

— Ну да? — легко спросила Энн. — И тебе понравилось?

Она слышала, как Майра тяжело вздохнула, словно испугалась своей откровенности.

— Почему-то я была разочарована. Я воображала, что поцелуи более волнующие.

— Я предполагала, это произошло оттого, что мне было стыдно и неловко, — сказала Майра, как бы стараясь утешиться доводами здравого смысла. — Кроме того, я не могла отделаться от мысли, что Томми не следовало целовать меня. Возможно, это было потому, что я о нем ничего не сказала тебе.

— Возможно поэтому, — сказала Энн, глядя на дорогу прямо перед собой.

— Впредь я от тебя ничего не буду скрывать, — повторила Майра. — Ничего!

Когда они подъехали к парадному входу в Галивер, опоздав на ленч всего на четверть часа, Энн внезапно почувствовала себя усталой и опустошенной. Это было длинное утро с большим нервным напряжением, но Энн знала, что сделала доброе дело. Она приготовилась смело встретить укоры леди Мелтон за опоздание.

К ее облегчению, их встречал только Джон, он приветствовал их с улыбкой, и по его взгляду поверх головы Майры Энн поняла, что он в курсе всех событий; должно быть, объяснения Доусона были убедительными, потому что первые слова, которые Джон произнес после приветствия Майре, были:

— Я очень рад, что ты будешь присутствовать среди наших гостей сегодня вечером.

— Звучит волнующе, — ответила Майра. — И, о Джон, дом просто великолепен. Он даже лучше, чем я предполагала.

— У нас что, ленча совсем не будет? — спросил из дверей Чарлз.

— Это я виновата, — сказала Энн. — Майра, познакомься с Чарлзом Линтоном, кузеном Джона. Чарлз, это моя сестра Майра.

Ее слегка позабавила мысль, что подумает Чарлз, когда увидит наряд Майры. К счастью, девушка сняла шляпку в машине, и, хотя вульгарность жакета и платья не убавилась, с волосами, обрамлявшими лицо, она была необычайно прелестна.

— Давайте сразу сядем за стол, — предложил Джон. — Возьми свой коктейль с собой, Энн.

— Она не завтракает дома, — ответил Джон, — и Вивьен ушла с ней.