Тогда парафиновый тест на продукты выстрела будет отрицательным.

«Волга» сорвалась с места.

Из темноты вынырнул Вовчик с клеёнчатой сумкой в руках.

— Я давно тебя поджидаю. Если что…

Он похлопал по сумке и тут же сунул туда руку: высветив их ярким светом фар, скрипнул тормозами «Фольксваген».

— Не надо, — сказал Каймаков, разглядев Морковина.

Сыщики поднялись с Каймаковым в квартиру. Он привычно хотел провести их на кухню и включить воду, но Морковин отрицательно покачал головой.

Они с Сергеевым зашли в комнату, извлекли микрофон из телефона, потом отодвинули шкаф и вытащили «клопа» из стены. Когда приборы были спрятаны в металлические коробочки, Морковин вздохнул.

— Откуда у вас оружие?

— Нашли во дворе после перестрелки, — шёпотом ответил Каймаков.

— Можете говорить нормально. — Морковин взглянул на Сергеева. — Что скажешь?

— Меня не было ни там, ни здесь.

— Это понятно. А по сути дела?

— В любой оперативной разработке убийство исключено, возможна только инсценировка.

— Он застрелил его! — тонким голосом сказал Каймаков. — Я видел всё вблизи!

— Одно из двух, — упрямо повторил Сергеев. — Или это не убийство, или это не разработка.

— Есть и третий вариант, — медленно проговорил Морковин. — Операция вышла из-под контроля. Но в любом случае…

Замолчав, он рассматривал Каймакова.

— Почему вы сняли микрофоны? — нервно спросил он.

— В любом случае наступает стадия «зачистки». Ликвидируются вещественные доказательства и… Есть у вас место, где можно переночевать?

Таких мест у Кислого было целых два.

Квартира Верки Носовой и Вовчика. Но у Верки место вполне могло оказаться занятым.

— А что будет завтра, послезавтра? Не просижу ведь я всю жизнь в чужих квартирах?

— Главное, пережить сегодняшнюю ночь. В спешке, сумятице могут быть приняты самые острые решения. А завтра можно собрать журналистов, пригласить адвоката. Словом, обстановка разрядится…

Каймаков немного подумал и позвонил Верке. Если уж прятаться, то лучше делать это дальше от дома. К счастью, у неё никого не было.

— Что, зацепило? — довольно засмеялась девушка. — Давай приезжай…

«Фольксваген» провёз Кислого через половину Москвы, а частные сыщики сопроводили его до дверей Веркиной квартиры.

— Завтра в восемь мы за вами заедем. Без нас не выходите, — сказал Морковин на прощание.

Васильев подходил к своему дому, предвкушая горячую ванну, ужин со стаканом водки и крепкий, успокаивающий сон. За прошедшие дни он похудел, появились мешки под глазами, на нижней челюсти справа расцветал жёлтым большой кровоподтёк от автоматного приклада.

Он уже знал, кто погиб: самолёт прилетел вчера, и он его встречал. Первым из раздутого брюха транспортника выпрыгнул старший десятки «альфовцев». Они обнялись.