— Знаете, господин Эгобар, если бы мне не было так сильно плевать, что, почему, зачем и как, то я бы с живого вас не слез, пока вы бы не объяснили мне почему я вижу те документы, что вижу, но… Мне насрать. Прям категорически.

Причем, скорее всего, убеждал юрист в этом не собеседника, а сам себя.

Бажен вытащил из машинки документ, щелкнул кареткой, и разложил перед собой несколько стопок бумаг. Как догадался Арди, те были разделены по тому, к какой области относились.

Затем студент юридического факультета достал из стола дощечку с несколькими печатями и, в бешенном темпе, порой дыша на оттиски, начал опускать их сперва на чернильную подушечку, а затем на бумаги.

Когда же все документы оказались проштампованы, он взял из них несколько и протянул Ардану.

— Это бумага о том, что вы приняты на первый факультет… проклятье… на первый курс! На первый курс факультета Общих Знаний, — Бажен явно был не в лучшей своей форме. — Это пункт о том, что вы согласны с тем, что ваша стипендия будет переводится на счет в банке, который указан в…

— Сначала слушаем, все вопросы потом, — чуть ли не взмолился Бажен. — Так вот… Стипендия в банк. Необходимый минимум учебников, входящий в ваш учебный план, будет выдан в библиотеке, куда вы сегодня успеете, потому что бедолаги и там сейчас будут работать всю ночь… Так… это ваше разрешение на размещение в общежитии. Вторая комната минус первого этажа мужского здания и… господин Эгобар, вы сейчас лопните.

— А почему минус первого? А где библиотека? А что…

Бажен нахмурил брови и посмотрел на него очень недовольным взглядом.

— Я похож на справочную? — процедил студент. — У меня еще вся ночь впереди в этом филиале ада… Но давайте так. Вы отвечаете на один мой вопрос, я — на один ваш.

— Хорошо, — кивнул Ардан, соглашаясь на сделку.

В глазах Бажена пробежали искорки веселья.

— Откуда у вас эта лицензия?

— Мне её выдала вторая канцелярия, — честно ответил он.

Бажен скривился… потому как все лицензии, связанные с оружием, выдавались именно второй канцелярией. Так что, технически, Ардан не просто не соврал, он еще и ответил на вопрос настолько прямо, насколько возможно.

Не то, чтобы ему сильно хотелось обманывать Бажена, просто некоторые привычки, особенно те, что прививаются в детстве духом белки и волчицы, порой слишком сильны.

Трудно вспомнить, сколько раз они сидели втроем и разыгрывали сцены, где один из них выступал в роли представителя Фае, а другой должен был заключить с ним сделку и не дать себя провести. Или же наоборот — обдурить другого.

Скасти говорил, что это весело, а Атта’нха наставляла, что так разум становится живее, а чутье — тоньше.

— Уели вы меня, господин Эгобар, — развел руками Бажен. — Ваше общежитие на минус первом этаже, потому что так исторически сложилось.