Ардан, за прошедшие недели, лишь эпизодично выбирался на улицы Метрополии и, каждый раз, при обстоятельствах, не сильно располагавших к тому, чтобы внимательно рассматривать каждого прохожего.

Но сейчас он припоминал, что и когда ехал в автомобиле, наблюдая за тротуарами, и в очереди к Большому, то, действительно, большинство посохов были спрятаны в простые, тряпичные чехлы с тесемками у навершия.

Видимо, чтобы не было видно вырезанных печатей. Это не сильно поможет в случае, если маг помнит те наизусть, но закон есть закон.

Получается, что вторая канцелярия заранее одобрила ему возможность носить посох без чехла, не говоря уже о других видах оружия.

— Ладно, — Бажен махнул бумагами и продолжил стучать по клавишам печатной машинки. — Штрафы все уплачены… ага… ну да… штраф за утрату регалий, но при этом лицензия, которая не выдается если в течении года у мага имелись подобные нарушения… ой, смотрите-ка… лицензия выписана за полгода до утраты регалий… ну надо же… А дайте-ка я…

Бажен снова взял в руки злосчастную гербовую бумагу, но на сей раз вооружился еще и своим простеньким, тонким металлическим посохом, коих Ардан видел за этот день уже десятки.

Мгновение, другое и вот под ладонью волшебника засветилась сложная печать с зеленоватым свечением. Он стукнул посохом о пол и из печати к документам протянулся… длинный, собачий нос. Призрачный, зеленый силуэт ищейки внимательно обнюхал лицензию, а затем испарился.

— Подделкой даже и не пахнет, простите меня за каламбур, — хмыкнул Бажен. — Господин Эгобар у вас, наверное, очень интересная жизнь.

Ардан же, в свою очередь, размышлял на тему могущества второй канцелярии, о котором ходили самые жуткие из легенд и слухов, а еще то… а еще то, что некто Бажен, обладатель звезд двух и трех лучей соответственно, смог всего за несколько минут заподозрить что-то неладное в его документах.

— Не ерзайте так, господин Эгобар, — скривился волшебник. — А то я начну верить в карму.

— Это из королевства Каргаамы, — пальцы снова застучали по печатной машинке. — Там верят, что все дела, совершенные по жизни, в будущем откликнуться либо добром, либо несчастьем.

— Ага… не то слово… еще интересней, что в секретариате за прием документов в день зачисления отвечают студенты исторического факультета, — Бажен указал костяшкой пальцев на своего соседа, на чьем кармане красовался значок в форме книги и пера. — Нас, юристов, сюда, как и военных, отправляют только за провинности.

Бажен скривился так, словно съел дольку кислого лимона.

— Весьма… — тихо и с явным сожалением ответил он.