Один — защитный, способный, если возникнет такая необходимость, дать время на спасение жителей поселения. В качестве второго — метеорологический купол. Планета хоть и относилась к пригодным для жизни, но была достаточна сурова, чтобы осваивать ее вот так, без серьезной подготовки.

Диаметр малого — восемь километров. Внутри — модульные конструкции по типу инцул. Несколько десятков одно и двухэтажных зданий, соединенные крытыми переходами и объединенные в единый комплекс. На периферии — теплицы и небольшие животноводческие фермы. В центре, среди зелени зоны отдыха, площадка для Храма. Под землей все необходимые коммуникации.

— Каждый рассчитан на сто тысяч. Это с некоторым комфортом. Сто тридцать, если без.

— Берем по максимуму, — Ильдар отвел взгляд от экрана. — Миллион триста.

— Еще восемь баз в течение месяца. Через два их будет двадцать три.

— Половина из того, что требуется, — подал голос Риман, комментируя реплику Марьям, отвечавшей за эту сторону подготовки к эвакуации тарсов.

Когда та попыталась объясниться, качнул головой — не стоит. О том, что делали все, что могли, он знал.

А то, что этого было мало…

— Что по защите? — Ильдар отошел от тактического стола, не так давно добавившего интерьеру его кабинета острой нотки, остановился у окна.

Вечное лето… Раскинувшийся до самого горизонта парк был ярким, безудержным…

— Четыре уровня, — на этот раз отвечал Джориш. — Первый — служба внутренней безопасности на территории поселений. Как и предусмотрено планом вывода специальных подразделений из-под контроля Храмов, подчиняются акрекаторам. В составе — бывшие шейки, жрецы среднего и полного уровней посвящения, имеющие в своей специализации кризисную психологию. Основной состав команд подобран с учетом возложенных на них задач по грубой оценке одаренных. Так же предполагаем, что до двадцати процентов по списку будут составлять сами тарсы. Это — на начальном этапе.

— Дальше, — оглянулся Ильдар, когда Джориш сделал паузу, давая возможность высказаться желающим.

Если признаваться честно, то браться за эту работу глава Храма Судьбы не хотел. Не на фоне последних событий, в рамках которых едва не оказался отступником.

Вот только… жизнь шла вперед, требуя участия в происходящем. И не важно, что он сам думал по этому поводу. Судьба не спрашивала, не оставляла места для выбора или понимания своего предназначения. Никаких компромиссов — лишь смирение и четкое следование её воле.

Он и принимал, как и положено истинному жрецу своей Богини. А то, что мечтал…

Судьба умела карать, но никогда не забывала о милосердии.