Под дикий гогот чужих голосов, доносящийся из недр гостиной, я выскакиваю за дверь, не забыв при этом громко хлопнуть ей.

Рвусь к лифту, в панике жму кнопку вызова, даже не надеясь, что его кабинка тут же распахнется передо мной. Но каким-то чудом она оказывается именно на нашем этаже. Заскакивая внутрь, я не знаю, куда убегаю и зачем. Мне просто нельзя в квартиру пока ОН там. Он послал меня, а потом я показательно под него и прогнулась.

– Стой! – Слышу рев голоса с лестничной клетки и дрожащими руками изо всех сил бью по кнопке первого этажа, как будто это может спасти.

Лифт закрывается ровно с такой скоростью, что я все-таки успеваю увидеть растерянные глаза Данила и его расцарапанную мной же шею. И все это за сотые доли секунд до того, как нас отделяют друг от друга стальные двери.

– Мальвина! – От удара по ним с той стороны, я отшатываюсь к холодной стене тесной кабинки и медленно стекаю по ней вниз, пряча лицо в ладони.

Боже, кажется, я влипла…

Ледяные капли противно бьют в лицо. Мне даже и плакать не нужно. За меня это отлично делает дождь.

Я уже достаточно далеко от дома Кристины, чтобы успеть промокнуть до костей.

Меня не спасает даже ткань ветровки и капюшон, натянутый по самый лоб. Я просто сбежала, куда глаза глядят. Бежала, пока не перестали преследовать галлюцинации, что слышу сзади себя его голос и шаги. А, может, это была и не игра воображения? Данил действительно пытался меня догнать. Или мне так хотелось…

Как только распахнулись двери лифта на первом этаже, я, не чувствуя асфальта под собой, пропитанного дождём, даже не обернулась и рванула вслепую через дворы. И уже около часа шатаюсь по ним, даже не думая, куда иду.

Мои мысли заняты лишь тем, что произошло между мной и Данилом.

А ведь между нами априори ничего и быть не должно. Снова всхлипываю, а моя нога проваливается в неглубокую лужу. Холодная вода до судороги сжимает ступню и заставляет проникнуться к себе еще большей жалостью.

Да, я жалкая. По-другому и не назовешь. А еще глупая и бесхребетная дура.

Я расклеилась, растеклась и размазалась лишь от одного его взгляда… прикосновения… поцелуя… стона… запаха… Мне стыдно! И теперь теряюсь не только по безлюдным улочкам, но и в этой лавине чувств, придавившей меня по самую голову.

Меня с ним ничего не может связывать, кроме общего холодильника.

Тогда какого черта я не оттолкнула Данила? Почему на моих губах до сих пор его дыхание и меня не выворачивает наизнанку от этого. Лишь приятно горит где-то под ребрами, сжимается сердце, переставая выдавать ровный ритм.

Данил чужой. Непонятный. Он ясно сказал, чтобы я держалась от него подальше. А меня трясет и знобит лишь от одной мысли о нем. Я знаю, как могут держать его руки, как пахнет его кожа и каков на вкус его поцелуй.