Это определенно сексуально – носить рубашку любимого мужчины на голое тело. Взлохмачиваю волосы и спускаюсь вниз. Очень вкусно пахнет свежим кофе. Захар в зоне кухни, смотрит в панорамное окно и разговаривает по телефону. Я не знаю, который час, да и мне плевать. Но мой Бог, как всегда, собран и идеален. Отглаженные брюки, белый пуловер тонкой вязки, часы на широком кожаном ремешке, идеально уложенные волосы и холодный мятный запах. Поза уверенная, спина широкая, ровная. Мой Мастер. И как бы я ни любила свободу, есть что-то истинно женское и интимное – полностью отдаваться своему мужчине.

На стойке уже накрыт завтрак. Свежий сок, круассаны, тосты, сыр, масло и ароматный кофе."

"— Нет. Мы улетаем вечером. Да, теперь решаю я! — твердо произносит он. Сдается мне, Доронин разговаривает с моим дедом. — Если она захочет, то у вас будет время, — скидывает звонок, и оборачивается, осматривая меня. Скользит взглядом по моим голым ногам, выше, трогает взглядом. Приятно до мурашек. Кажется, только этот мужчина может так смотреть.

— И куда мы летим? — интересуюсь и беру со стойки чашку кофе, отпивая глоток.

— На острова отдыхать.

Я взял горящие путевки на неделю, — спокойно отвечает Захар. — Вылет в девять.

— Ммм, как интересно. И что вы, Мастер, теперь все будете решать за меня? — стаскиваю с тарелки кусочек сыра.

— Тебя что-то не устраивает? — строгий, но прячет улыбку, сверкая глазами. — Ты не хочешь отдохнуть? Мне кажется, сейчас нам обоим это необходимо. Ну и оторваться от реальности, побыть неделю наедине – не помешает.

— Я только за «остаться наедине». Но делается это не так, — усмехаюсь.

— И как?

— Нужно сказать… — оставляю чашку, подхожу вплотную к Захару и опускаю ладони ему на грудь.

— «Элина, не хотела бы ты отдохнуть и слетать со мной на острова? Потому что я хочу побыть с тобой наедине». Попробуйте, Мастер, не распоряжаться, а предлагать.

Веду носом по его шее, шумно вдыхая.

Все происходит неожиданно. Захар резко хватает меня за талию, разворачивает и прижимает к прохладному стеклу, вынуждая задохнуться от напора. Он зарывается в мои волосы, сжимает на затылке, смотрит в глаза. Зависаем. Я давно от него не прячусь, позволяя читать меня между строк.

— Ты отдаешь мне себя. Нет, — холодно усмехается, — ты уже отдала.

Назад дороги нет. И я решаю. Но я решаю в твою пользу. Взамен моей власти ты получаешь… — недоговаривает. Хватает мою ногу, сжимает, закидывает себе на бедро, прижимая к себе. Плыву. Начиная дрожать от волны возбуждения. — Чего ты хочешь взамен?

— Если уж я отдаю вам душу, Мастер, — тянусь к его губам, но не целую, просто касаюсь, — я хочу, чтобы вы взамен обнажались передо мной и любили меня.

— Приемлемо, но проблема в том, что я не люблю тебя, Элина, — вдруг произносит он, касаясь моих губ.