А Кристоф извлёк из артефакта-хранилища всё необходимое для ритуала призыва и принялся чертить на полу рунический контур. Мы с Олафом пока ничем не могли помочь, оставалось лишь ждать, безмолвно наблюдая за драконом.

Пурпурные символы растекались по паркету замысловатой вязью, и хоть я не понимала ни слова, один их вид внушал странную уверенность. Мёртвая вьюга больше не навредит ни одному малышу, и вскоре канет в Лету вместе со всеми своими приспешниками.

Кстати, о приспешниках!

Взгляд соскользнул на жуткую тварь, пришедшую вместе с аветом. В отличие от Ловца и кошмарника, после смерти она не рассыпалась на осколки и не развеялась дымкой, а до сих пор лежала посреди коридора.

Вокруг высушенного тела растеклась приличная лужа странной, зеленовато-гнилостной жижи, заменившей твари кровь. Присмотревшись я заметила, что от неё поднимается едва заметный дымок, а паркет почернел, словно на него пролили кислоту.

– Кристоф? – осторожно позвала, едва дракон закончил с руническим контуром.

– А эта тварь… – указала на дохлую нечисть.

– Архистрыга, самая сильная тварь из стаи, – пояснил Кристоф, – таких, как она, ещё называют двудушницами из-за способности становиться временным вместилищем души и Силы Мёртвой королевы.

– Королевы?! – я судорожно икнула. – Выходит, она знает, что мы здесь?

– Разумеется, – кивнул дракон, – но это неважно. Нам бы всё равно не удалось скрыть от нечисти убийство Ловца и освобождение душ.

– Ну да… – растерянно кивнула.

– Но есть и хорошая новость, – продолжил Кристоф, – часть ран, полученных архистрыгой, отразятся и на Мёртвой королеве. Так что ближайшие несколько дней она будет намного слабее.

От слов дракона на душе посветлело.

Меня никогда не радовали чужие страдания и боль, но нечисть – исключение!

– Вот почему Сердце Бездны намекнуло, что эта тварь связана с проклятием Тиля, – подойдя ближе, вновь осмотрела двудушницу.

Когти у марионетки Королевы были длиннее, чем у обычной стрыги, но внешне раны, нанесённые ими, отличить невозможно.

– Получается, это она напала на Алисию в прошлый раз? – уточнила.

– Выходит, что так, – кивнул Кристоф, – скорее всего, за первой жертвой круга Королева приходила лично и ей нужна была именно кровь.

А после авет уводил только души.

– Странно… мне всегда казалось, что жертвоприношение - это именно убийство, – нахмурилась, – но ты сам говорил, что Тень может некоторое время жить без человеческой ипостаси.

– Да, но существует два типа жертвенных плетений - шквальные и цепные, – пояснил Кристоф, – в первом случае все жертвы должны умереть одномоментно. Так случилось с первыми истинными осколками Тьмы. Тогда Вьюга и её кровавый братец за день убили шестьдесят девять пленников. Но новое плетение - цепное.