Я прижала руки к похолодевшему животу и с придыханием произнесла:

— Большая лаборатория Академии?

— Да, — не заметив моей реакции, ответил Грэг. — Мистер Бизо ведет занятия по артефакторике в Академии ритуальной магии и прикладной артефакторики. Я там учусь и сейчас нахожусь на практике.

— Учишься и на практике… — промурлыкала я. Слова звучали как песня. Стать свободной, беззаботной студенткой, вот о чем я мечтала несколько последних лет.

Мы шли по широкой, немного пыльной улице. Выстроившиеся по обеим сторонам каменные дома производили солидное, вековое впечатление. То, что в моем мире называлось «старые деньги», когда поколение за поколением только приумножало капиталы и репутацию семьи.

— Ух, какая цыпочка! — неожиданно громко прозвучало на всю тихую улицу.

— Не оборачивайтесь, мисс. Это свободные оборотни, лучше не поощрять их внимание.

Но любопытство же сильнее рассудительности. И я стрельнула взглядом на шедших нам навстречу молодых мужчин.

Один оказался просто гороподобным. Именно такого показывали мне в кинотеатре с экрана. Светловолосый скандинавский бог. Второй — рыжий, как и Грэг, только в отличие от практиканта его бачки были тщательно подбиты, волосы уложены в роскошный кок.

Рыжий засвистел. Мы с Грэгом прибавили шаг.

— Странно ведут себя оборотни, — сказала я, подходя к воротам нашего особняка. Мой сопровождающий вздохнул:

— А я думал, в Визии такой же беспредел. У нас-то страшно. Творят господа Двуликие что хотят. Если девушка не из магической семьи, могут прямо на улице попортить. Штрафы, конечно, большие, но для богатеньких сыновей это не деньги.

Я невольно оглянулась посмотреть оборотням вслед и наткнулась на прямые нахальные взгляды обоих. Они стояли напротив дома и с интересом ко мне присматривались.

Оба получили испепеляющий ответный взор. И, уже привычно подняв подбородок, я двинулась к входной двери. Такими темпами мне скоро придется в этом мире только небо рассматривать.

— Ушли, — сказал Грэг. — Вы уж простите, мисс Фира, но чем-то взгляд цепляете, прям не отвести, за вами наблюдать хочется. Хотя лицом вы мрачноваты почему-то.

О, простые люди этого мира. Что видит, то и говорит.

Я обвела взглядом холл и наткнулась на стоящего по струнке дворецкого Альберта.

— Так, а где садовники? — спросила заинтересованно. — У крыльца лавочка не так поставлена, надо переделать.

Минут через двадцать у наших кованых, в виньетках ворот остановился блестящий экипаж. Украшенная позолотой легкая летняя карета с откидным верхом не скрывала сидящую внутри троицу.

Виктор что-то вполголоса сказал своим приятелям — тем самым оборотням, которые приставали ко мне на улице, и они захмыкали, сдерживая смешки.