Ну вот, а то проклятие богов, проклятие богов. Не работает это проклятие. Предрассудки это, детские страшилки.

— Де Фюрьи, — в унисон моим мыслям произнес Гарольд. — Стало быть, мы вторые. Жалко, что не первые, но все равно результат.

— Кто о чем, — вздохнула Аманда. — Поехали уже.

— Погоди, — попросил я ее и наклонился к внимательно слушающему нас мальцу. — Вот тебе довесок к монете. Скоро сюда еще один отряд пожалует, тоже интересоваться станет, не проезжал ли кто до них. У них главный здоровяк такой будет. Крепкий, плечистый — и богатый до невозможности. Ты с него смело золотой требуй, да понастырней, понаглее, он такие вещи уважает.

— Да? — Глаза маленького жадюги блеснули.

— Говорю тебе, — вложил я в голос максимум убеждения. — Мол, гони монету — и все тут.

— Верно-верно, — совершенно неожиданно поддержала меня Фриша. — У него денег куры не клюют. Подтверждаю.

— Спасибо, — поблагодарил нас оголец и побежал к приятелям.

— Страшно подумать, что с ним сделает Мартин. — Жакоб улыбнулся во весь рот.

— Страшно подумать, что с ним будет, когда он узнает, что пришел третьим. — Луиза хихикнула.

 — Фриша, что с ним будет?

Фриша насупила брови и помахала кулаками в воздухе, на секунду и впрямь став похожей на Мартина.

— Жуть какая, — заметил я и тронул поводья. — Поехали в замок, а то мне как-то не по себе стало. А ну как он сейчас тоже подъезжает сюда? Гонки придется устраивать.

— Не на этих клячах. — Гарольд вздохнул, все еще переживая расставание со своим верным боевым конем. — И правда, поехали уже.

— «Грудастая», — фыркнула Аманда вдруг. — «Вся из себя». У меня не меньше за пазухой, чем у этой заразы Фюрьи!

— Местная молодежь считает по-другому, — возразил ей Карл.

 — Сама слышала.

— Да что этот мальчишка понимает! — рассвирепела Аманда. — Эраст, почему ты молчишь?

— А он-то тут при чем? — ехидно поинтересовался Монброн под хихиканье Фриши и Луизы. — Ах да, наш барон везде поспел.

— Покраснела! — совсем уж по-детски крикнул де Лакруа.

Я слушал шутливую перебранку своих друзей, и мне отчего-то стало хорошо. Может, потому, что я и впрямь почти вернулся в то место, которое могу назвать своим домом?

Посвящается моей маме

— О, и вы вернулись! — дружелюбно заулыбался горбатый Тюба, который, как всегда, добросовестно выполнял свои обязанности привратника.

 — Вот хорошо-то! А то я все один, один. А осень — вон она, наступила уже. И дров надо запасти, и каштанов насобирать, и много чего другого сделать. А рук у меня две, всюду не поспеешь!

— Хоть кто-то нам в этом замке рад от всего сердца. — Аманда глянула в сторону арки, ведущей во внутренний двор. — Спасибо тебе, Тюба.

— Так а как же? — осклабился горбун. — Я к вашей братии завсегда с симпатией отношусь.