Дразнить его не стоило, а вот договориться… можно попробовать.

— Что дальше? — повторил он мой вопрос. — Ты останешься здесь. В соседней комнате. Дверь я заколочу. Тебя тут вряд ли кто найдет.

— И что тебе за польза от того, что я здесь ноги протяну от холода и жажды?

— Я же сказал, мне нужны деньги. Если твой любовник заплатит, я сообщу, где тебя искать.

— Ага, — кивнула я. — Давай мобильный. Попробую с ним поговорить.

— Я с ним сам поговорю, — усмехнулся парень. — То, что позвоню я с твоего мобильного, убедит его в моих словах.

— Тогда звони побыстрее, сидеть мне здесь совсем не хочется.

Он разглядывал меня, словно пытаясь на что-то решиться.

— Менты меня ищут, да? — спросил хмуро, голос звучал почему-то обиженно. Я изобразила гамму чувств от недоумения до глубоких раздумий.

— Откуда мне знать, если я понятия не имею, кто ты такой. Кстати, может, представишься?

Он приподнялся и ударил меня по губам. Не больно, но это навело меня на мысль, что вопросы надо задавать осторожно. Тут дверь за его спиной начала открываться, а я охнула и заворочалась на пружинах, они отчаянно заскрипели, скрадывая шум шагов, а я наклонила голову, боясь взглядом выдать чужое присутствие.

— Сука, — сказал парень со злостью и замер, в затылок ему уперлось дуло пистолета. Стоявший за его спиной Стас забрал оружие из кармана куртки и резко ударил парня куда-то возле уха, тот мешком свалился ему под ноги. Стас шагнул ко мне и начал распутывать скотч, избегая смотреть мне в глаза.

Дверь вновь распахнулась, и вошел Берсеньев.

— Помощь не нужна? — спросил весело, Стас окинул его недобрым взглядом, а он продолжил: — Я так спросил, из вежливости. Был уверен, что ты прекрасно справишься. — Достал из кармана мобильный и начал набирать номер.

— Кому звонишь? — спросил Стас.

— Ментам, естественно. Мы же добропорядочные граждане, должны всячески содействовать…

Пока Берсеньев разговаривал по телефону, Стас, отбросив скотч в сторону, подошел к окну и теперь стоял спиной к нам. Берсеньев, убрав телефон, шагнул к парню, лежавшему на полу, и пнул его ногой. Тот застонал и открыл глаза.

— Сюрприз, — наклоняясь к нему, пропел Берсеньев. — Ты предпочитаешь, чтобы тебя пристрелили стоя или лежа? — Потом ухватил парня за грудки и устроил на табурете, который перед этим передвинул к стене. Парень таращил глаза, силясь понять, что происходит. — Ну что, олух? — продолжал расточать улыбки Берсеньев. — С основными действующими лицами ты знаком, мне представляться без надобности. Место здесь глухое, тут ты, безусловно, оказался прав. У Станислава Игоревича к тебе большие претензии, раз ты его жену убил. Так что если он тебя пристрелит, мы сделаем вид, что ничего не заметили.