— К зелёному платью? — задумался он. — Так, кажется, знаю, где можно посмотреть.

Поднимаясь на эскалаторе за ними, я вдруг хмыкнула про себя. А ведь, в отличие от Сергея, Андрей ни разу не женат! Тоже, небось, ловелас хороший. Интересно — просто жизненно интересно! — сложится ли у него всё с Аней?

В обувном отделе, занимающем почти целый этаж, меня усадили на мягкий пуфик и принялись стаскивать ко мне все зелёные босоножки, которые только нашлись здесь. Выбрали две пары: золотисто-зелёные, на высоком тонком каблуке, и неопределённо-зелёные, с каким-то уютным пушистиком на пальцах — почти домашние, на так называемом французском каблучке, сантиметров на пять-шесть.

Про французский нам сказал Андрей, отчего мы с сестрой незаметно переглянулись: точно — ещё один дон жуан!

— А зачем две? — готовясь к решительному отказу, спросила я.

— Потому что весь вечер на ногах, — убеждённо ответил Андрей. — Будешь время от времени менять, и тогда не устанешь.

Довод оказался и впрямь убедительным. Пришлось согласиться. Андрей велел упаковать обувь в коробки и оплатил покупку карточкой.

— Но у меня есть деньги! — возмутилась я.

— Э… Объясни это Сергею, когда вернёшься. Хорошо?

Протестующее мычание заглохло в корне. Ну ладно. Посмотрим ещё, кто кого.

Перед эскалатором я намертво встала и пообещала никуда не уходить, пока не посетим лавку музыкантов. Слышала, где-то здесь такая находится.

— И попробуй только расплатиться за неё сам! — с угрозой сказала я, встав у кассы и принимая футляр с гитарой.

— Придумаю что-нибудь.

— Типа копытня в суп?

— Она уже угрожала? Копытнем? — оживилась Аня.

— А что? — подозрительно покосился на неё Андрей.

 — Хочешь сказать, иногда не только угрозы идут в ход?

— Было дело как-то, — неопределённо протянула сестра с такой мечтательной и многозначительной улыбкой, что я сразу исполнилась к ней благодарности: теперь Андрей будет знать, что копытень — не простая угроза.

— Они ещё и пугают, — пробормотал Андрей и поинтересовался: — И что теперь с гитарой? Где будем прятать?

— В багажник не поместится? А завтра с утра вытащим и спрячем. Или вечером.

— Хорошо, давай сюда… Эй, вы куда?

— Тебе в этот отдел нельзя! — чуть не хором ответили мы и рассмеялись.

 — Мы быстро!.. — А через секунды Аня изумлённо спросила: — Что он сказал, уходя?

— Он сказал: "Зря, мог бы помочь с выбором!" Ну и нахал! — покачала я головой. — Ань, ты не боишься, что он… ну…

— Гулять будет? — помогла сестра. — Знаешь, что скажу? Только не смейся. Мне кажется, у нас будет семья. Когда я на него смотрю, я постоянно вижу его с детьми на руках. Я не слишком далеко заглядываю, а?

— Понятия не имею! — весело ответила я, сразу успокоившись.