Никто и подумать не мог, что он не хочет становиться правителем и всю жизнь держит это ярое нежелание в себе.

А поскольку парень был единственным наследником, то из-за его побега внутри Клана началась грызня за власть, в которой его мать и весь Род вырезали под корень. 122 человека погибли в тот день.

И вот когда парень об этом узнал, случился срыв, который унес стократно больше невинных жизней. Обезумевший Принц Смерти уничтожил под корень четыре поселения и пошел бы сеять смерть дальше, если бы в пятом поселении не встретил меня.

На несколько секунд меня захлестнули воспоминания из прошлого, но Виктория этого даже не заметила и тоже думала о чем-то своем.

— Если нужен формальный повод, у Клана Теней есть в Трезубце торговая точка, — наполнив опустевшие во время короткой паузы бокалы, сказал я, — даже две точки!

— Предлагаешь союз? — сверкнула нефритовыми глазками Виктория.

— Торговый союз, да, — кивнул я, — мы планируем расширяться, а вам после выхода из коалиции огня нужны новые партнеры. Или на этом поле есть варианты получше?

— Я… подумаю, — призадумавшись, ответила Виктория, после чего впилась в меня угрожающе серьезным взглядом, — Маркус, можно тебя кое о чем спросить?

От столь резкого перехода я чуть не поперхнулся вином, ведь обычно ничего хорошего такие фразы не предвещают.

— Допустим, — осторожно кивнул я.

— Кого ты во мне видишь? — отхлебнув еще вина, спросила Виктория и я ощутил себя сапером посреди минного поля.

Эх, вот в этом минусы путешествовать вдвоем.

Будь тут третий собеседник, о таком бы речь не зашла. Впрочем, как любил говаривать старик Акс, баб бояться, в постель не ходить.

— В каком смысле? — невозмутимо спросил я.

— Ну… ты видишь во мне Княгиню или… женщину?

— Разве что-то из этого обязательно нужно исключать? — поднял я бровь.

— Да, — строго кивнула девушка, — я прошу тебя исключить из этого списка Княгиню.

— Ты вообще себя слышишь? — попытался я нащупать хоть зерно логики в словах девушки.

— Только до конца поездки, Маркус. Пока мы не вернемся в столицу. Позволь мне не быть Княгиней. Пожалуйста, — глядя на меня немигающим нефритовым взглядом, проговорила Виктория.

— Разве мое слово что-то изменит?

— Оно изменит все, — кивнула девушка.

— Тогда, властью данной мне тобой же, я аннулирую мудрое решение Княжеского Совета и до конца поездки объявляю Викторию Луговскую простой… — тут я замялся в подборе формулировки.

— Слабой женщиной, — с улыбкой продолжила она и поднялась на ноги.

— Слабой женщиной, — уже машинально добавил я, глядя, как Виктория продефилировала до двери, закрыла ее на замок и начала расстегивать пуговицы на блузке.

Дальнейший путь нам с Викторией было не до разговоров.

Энергии в девушке оказалось куда больше, чем я мог представить.