От камина пахло яблоками. В стуке копыт по мостовой за окном слышалось отдаленное щелканье кастаньет. Хриплая застольная песня в пивной звучала как будто лишь для того, чтобы подчеркнуть чистоту и богатство оттенков в голосе Сина.

— Но вы ничего не едите, Чарлз, — вдруг заметил он.

— Я уже сыт, — сказала девушка и поспешила отложить нож и вилку.

— А как же десерт? — Син попробовал пирожок. — Весьма аппетитно! Нет, вы не должны лишать себя удовольствия. Ну-ка, откройте рот!

Честити посмотрела на надкусанный пирожок с золотистой начинкой. Он был густо покрыт глазурью. Она облизнула губы. Открыла их. Син вложил между ними пирожок, как в Шефтсбери — бисквитик.

— Теперь можете откусить…

Взгляды их встретились, и девушка медленно сомкнула зубы на сдобной мякоти. Рот наполнился яблочной начинкой, на губах осталась глазурь. Когда настало время облизать их, ей пришло в голову, что губы Сина должны быть столь же сладки. Все это время они неотрывно смотрели друг на друга. Будь ее роль женской, это был бы не просто флирт — это было бы обольщение…

Он что же, пытается обольстить мужчину?!

— Вкусно, — нервно сказала Честити.

— Я же говорил. — Вторично откусив от пирожка, Син начал жевать с таким видом, словно заново оценивал вкус. — Да, это подлинный шедевр, — заключил он и предложил остаток Честити, которой вспомнилось пресловутое яблоко с райской яблони.

— Нет-нет, довольно! — Чтобы избежать искушения, она поднялась из-за стола и отошла к окну. — Я, знаете ли, сдержан в пище.

— Мой юный друг, сдержанность хороша, только если время от времени ее отбрасывать, — назидательно заметил Син. — Возможно, сейчас самый подходящий случай.

— Необузданность безнравственна!

— Что может быть ужаснее непогрешимой нравственности!

Нечего было и думать состязаться с ним в бойкости языка. К тому же он был слишком красив и притягателен. Одна мысль о его прикосновениях кружила голову.

— Я предпочитаю не грешить…

Она произнесла это низким, невыразимо чувственным голосом. Волна желания была такой мощной, что Син пошатнулся. Он решил разделить ночлег с Честити не без задней мысли и теперь ждал лишь знака с ее стороны. Небольшой постельный эпизод мог прийтись кстати — он избавил бы их обоих от напряжения, а заодно поставил бы точку на его нелепом увлечении. Но прежде Честити должна была открыть свой истинный пол, и было интересно, как она к этому подойдет. Син решил, что не станет торопить события.

Вкусная еда, хорошее вино и уютная обстановка располагали к игре, к сближению. Син и сам не заметил, как за столом позволил Честити заглянуть к нему в душу, а потом затеял флирт. Теперь как будто настало время для дальнейшего, но что-то не стыковалось.