Самый романтичный город мира уже как два года является моим домом. Тут работа, квартира, друзья, возможно и парень тире муж когда-нибудь появится. Ведь быть как Нинет мне совершенно не хочется. О семье тоже стоит подумать, не погружаясь слишком глубоко в работу журналиста. Хотя… Кто знает, может и после замужества стану заниматься любимым делом? Ведь мне действительно нравится писать разгромные статьи, выводя на чистую воду мерзавцев и ублюдков, исковеркавших чужую жизнь. Или же показывать истинное лицо супер-звезд, надевших на себя корону. Как это было с тем придурковатым рэпером, оказавшимся не у дел с тех пор.

Что-то я о нем ничего больше не слышала. Наверное, и Артур тоже.

Черт! Опять я о нем вспомнила. Свят меня, свят. Хватит всех этих размышлений. Забывай его, Видана, поскорее и двигайся своим путем. Он же выбрал совсем не тебя. Так к чему портить свою жизнь мыслями об этом негодяе, которому с удовольствием бы глаза выцарапала.

— Видана, — вот! У меня уже слуховая галлюцинация. Час от часу не легче. Так ведь можно и в психушку загреметь. Причем в лондонскую. — Видана…

А вот прикосновение руки к щеке явно не является бредом моего воспаленного мозга.

Это же… Резко глаза распахиваю, принимаю сидячее положение и поднимаю голову на возвышающегося надо мной Артура. Мерзавец так сильно лыбится, что сейчас лицо треснет к чертовой матери. Джокер во всей своей красе. И нет бы что-то ему сказать, как-то оскорбить или даже ударить, я просто сижу неподвижно, как парализованная и впитываю в себя черты любимого человека.

— Какого черта тебе здесь нужно? — не собираюсь с ним церемониться, кидаться на шею или же мило с ним разговаривать.

Он не заслуживает вежливости с моей стороны, только лишь грубости, так как его поступки просто вывели меня из себя. — Что же ты не в Париже со своей будущей женой?

Пытаюсь подняться и убраться от этого гада как можно дальше, но он одним резким движением вновь на прежнее место меня возвращает, так еще встает между моих, силой разведенных ног и хватает за волосы на затылке, чтобы удобнее было в глаза смотреть. Даже боли не чувствую, так как она меркнет перед дикой яростью, завладевшей всем телом. Это, каким надо быть уродцем, чтобы так поступать с девушкой? Месть.

Неужели, именно она им двигала все это время? Неужели, он способен на такое? Хотя я поступила с ним низко и подло, может, заслуживала все того, что со мной приключилось? Вдруг это моя расплата за содеянное?

— Сиди, молча, Видана, — угрожающе шепчет, буквально впечатав в стену беседки. — Иначе можешь сильно так пожалеть.

— Что? — упираюсь ладошками в его накаченную грудь, да только этого борова хрен сдвинешь хоть на один миллиметр. Недаром Артур так много времени в спортзале проводит.