Смотрит так по детски наивно и преданно.

Мотаю башкой, тяжело поднимаясь. Да и что объяснять?

В гостиной, примыкающей к кухне, окопался Богдан. А тут Лера моя вся разгоряченная и в одной ночнушке.

И до греха недалеко!

Я, конечно, доверяю жене и лучшему другу, но и рисковать не собираясь.

Натянув тонкие пижамные штаны на голое тело, плетусь вниз.

В полутемной кухне свет падает от дворового фонаря. Делает предметы мягче, а что-то убирает с глаз долой.

Взяв с полки чашку, намытую Ольгой Владимировной как дурак пялюсь на поблескивающий в полутьме золотой круг посреди синего кобальтового фарфора. Инстинктивно отставляю в сторону. Не хочу пить из посуды, которую касались недобрые руки.

Приоткрыв кран, жадно хватаю губами воду. Утираюсь ладонью как когда-то в детстве и будто наяву слышу мамино доброе и насмешливое.

Улыбаюсь сквозь слезы.

Твою ж налево, когда я плакал в последний раз? В пятом классе? Поспешно смаргиваю дурацкую влагу.

Мужчины не плачут. Но честно говоря, на душе паршиво. Мамы нет. А ее чашки сегодня мыла чужая женщина. Кичливая и жеманная.

Такую бы отец с матерью даже на порог не пустили. Уж они-то разбирались в людях. А вот Лера им бы точно понравилась. Жаль, что так и не увидели внучек.

Сжав от бессилья зубы, тупо таращусь на слабо освещенный двор. Улыбаюсь печально, наблюдая как мой пес таскает по дорожке какую-то тряпку. Прыгает рядом дурашливо. Тоже еще ребенок!

Кучу народа вчера пропустил спокойно. Даже тещу!

Наверное, ее нужно держать подальше от нашего дома. Но в душу уже закрадывается сомнение. Внутренне согласен с Лерой. Мне самому неприятна эта женщина. И приди она к нам вчера, точно бы послал подальше. А вот сегодня рука не поднялась.

Она ведь тоже мать! Глупо отказываться. И у девчонок должна быть бабушка. Может стоит дать шанс. Потеряв одну, нет смысла разбрасываться другой.

Да и увидев наших девчонок, кто устоит?

Бесшумно поднимаюсь по лестнице. Вместо спальни прохожу в детскую. Комнату мягко освещает ночник, а под прозрачными пологами, увенчанными коронами, в своих кроватках спят мои принцессы.

Как бы я вывез, если бы не Лера и дочки?

Сзади открывается дверь. Босые ноги шлепают по паркету. Тонкие руки обвивают мою шею, а два упругих полушария вжимаются в спину чуть пониже лопаток.

— Вот ты где! А я жду…

— Какие же они классные, — киваю на дочек. И не могу наглядеться.

Даже поверить сложно. Мы с Лерой создали двух идеальных принцесс. Если кто скажет, что это обычные девочки, сразу получит от меня в лоб!

— Зайчатки! — любовно тянет жена.

Наклонившись, на автомате касается губами лба Анечки, а затем Аленки.

— Они горят, Тима, — охает не веря. И добавляет требовательно. — Срочно вызывай Надю и врача!

Вертолет поднимается в воздух и постепенно становится маленькой точкой.