И очень похоже, Ушаков крутил роман с несовершеннолетней девчонкой. И сто пудов, жизнь его ничему не научила.

— Андрюха, а накопай-ка мне инфы на моего чудесного тестя, — порывисто выдаю я в трубку. И тут же замечаю изумленный взгляд Богдана.

— Это еще зачем, Фей?

— Меня интересуют его походы на сторону, — даю я указания партнеру по бизнесу. — Все копай, слышишь? Особенно, романы со студентками…

— Погоди, Тима… — охает Сорокин. — Так это тот самый Ушаков, что ли?

— Ну да, — усмехаюсь я с издевкой. — Герой, блин!

— Морда у него кирпича просит, — соглашается со мной Сорокин. — Но мы его вдоль и поперек прошерстили. Он налево не ходит. Даже сейчас, когда Ольга обосновалась в Шанске.

«Истории с Аленой, видать, хватило», — усмехаюсь я мысленно. Но не чувствую к этому человеку ни капли сочувствия.

— Объясни, что происходит? — требует Богдан. — Ничего не понимаю.

— Останови тачку, — киваю я на речку, виднеющуюся за редкой порослью кустов.

— Ты бахнулся, что ли? Здесь? На дороге? Чтобы мне еще раз по голове дали, а тебя грохнули! — возмущается в полный голос Столетов и с умным видом прибавляет газу.

— Ты же поговорить хотел, — роняю я печально.

— Ну так и говори! Кто тебе не дает. Мы в машине одни, — фыркает он, выруливая в левый ряд.

— Да пошел ты, — отмахиваюсь я устало. Прикрываю глаза, уходя от ответа. Но по сути, Богдан прав. Копылова закрыли. Но мало ли кто там еще моей смерти хочет.

В руке жужжит сотовый.

— Да, Лерочка? — выдыхаю я радостно. Хоть одна отдушина в жизни — моя семья.

— Тим, ты где? Скоро домой?

— Еду уже. Минут через пятнадцать Богдан меня привезет.

— Мама звонила. Они в субботу с Ниной хотят прийти в гости. А я не придумала сразу отмазку. Теперь вся надежда на тебя. У тебя классно получается.

— Да пусть приходят, — ухмыляюсь я мстительно. И про себя добавляю: «В последний раз!»

Сегодня — среда. Мои парни до выходных обязательно что-нибудь нароют. А там решим по ходу пьесы. Спектакль обещает быть знатным. Вышибу гадюк одним махом. Только сначала расставлю все точки над буквой «Ё».

Муж приезжает домой поздно. Выглядываю в окно, наблюдая, как Тимофей выходит из машины. Хлопнув дверцей, спешит к дому. Движения резкие. Раздраженные. И сам весь на нерве. Кто-то разозлил. Не иначе. На ходу сквозь зубы отчитывает Богдана. Я и сама не люблю, когда в нашем доме толкутся друзья Морозова. Но сегодня Тимофей явно перегибает палку. Отмахивается от Столетова, как от надоедливой мухи. А тому как с гуся вода. Закрыв машину брелоком, Богдан идет следом. Будто у нас прописался.

Несусь к двери, намереваясь встретить мужа в прихожей. Урвать хоть мгновение, пока в дом не заявился Столетов. Но не успеваю сделать и пары шагов, как хлопает дверь. Злой и усталый Тимофей вваливается в дом.