Он был бы похож на гориллу, если бы не коротко подстриженные волосы и аккуратная одежда: отглаженные джинсы, белая рубашка с синим шейным платком, короткая кожаная куртка. Парень держал за руку маленького Артурчика, с ног до головы перепачканного арахисовой халвой и шоколадом, которыми он, видимо, кормил уток в пруду. Увидев отца, мальчик не проявил никаких эмоций, и это было странно.

– Ты кто такой? – гаркнул Карпет. – Откуда взялся? Отпусти мальчишку! Я тебя…

– Здесь не ты решаешь, что кому делать, – сказал неандерталец спокойно. – Иди, сядь.

Чтобы хозяин больше не сомневался, кто тут на самом деле все решает, ему сунули тяжелым прикладом в солнечное сплетение, а потом в лицо.

И поволокли в кабинет, бросили в глубокое кожаное кресло. До ящика стола и до «беретты» можно было дотянуться рукой, но делать этого ему не хотелось. Артурчик безразлично рассматривал висящую на стене картину. Это тоже выглядело неестественно и странно.

– Ситуация следующая, – сообщила «горилла» полулежащему в кресле Карпету. – На Парниковой сейчас мои люди. Если я скажу, через десять минут там будет зона, свободная от наркотиков.

Причем еще долго никому даже в голову не придет толкнуть там хотя бы таблетку димедрола. Это только начало. А через неделю то же самое будет во всей Нахичевани.

– И чего ты хочешь? – покосился на него Карпет заплывшим красным глазом. – Мира во всем мире, б…дь? Россия – континент здоровья? Трезвость – норма жизни? Кто ты такой вообще? Пацана отпусти!

– Я Жора Каскет, – сказал мужчина. – Но вопрос в другом: кто ты. И что ты будешь делать. Я отвечаю по порядку: ты – никто. И будешь делать то, что я скажу.

– Ты омудел!! – заскрипел зубами Карпет.

 – Я в Нахичевани – главный!! Ты не выйдешь отсюда! Тебя на полоски порежут и в косичку завяжут!!

Жора только качнул головой. Вперед шагнул парень с длинным лошадиным лицом, буднично ударил Карпета в грудь прикладом. Послышался отчетливый треск кости, Карпет охнул высоко, по-бабьи, и опрокинулся вместе с креслом на пол. Его подняли, усадили. Лицо Карпета стало зеленоватым, он тяжело, с хрипом дышал.

В доме по-прежнему царила неестественная «тишина». Маленький Артур сонным, расфокусированным взглядом посмотрел на отца и сунул в рот большой палец.

Карпета пронзила ужасная догадка, у него даже в голове помутилось.

– Ты здесь не главный с этого дня, – сообщил ему Жора. В доме по-прежнему царила неестественная тишина.

– Что ты хочешь, говори, – проскрипел Карпет.

– Я хочу, чтобы все осталось по-прежнему, – сказал Жора. – Твои люди торгуют, твои клиенты покупают. Все, как и раньше. Это хороший устоявшийся бизнес, я не хочу ничего менять. Только товар будет мой. И цены, и проценты тоже мои.

– Это как ты захочешь.