– Подождите минутку здесь, – он усадил Вартана Акоповича в кожаное кресло в большой прихожей, которую почему-то хотелось назвать не холлом, а просто сенями. – Журнальчики тут, газетки, пятое-десятое… Хозяин скоро будет.

Через пару минут двери гостиной открылись, там стоял Паяло с торжественно-лакейским выражением на опухшей роже.

– Можете заходить! – объявил он. – Хозяин ждет вас!

Вартан Акопович удивленно приподнял брови. Еще бы ливрею надел! Встал, прошел в гостиную. Босой сидел за столом, выложив перед собой покрытые татуировками ладони. На столе стоял графин с золотисто-коричневой жидкостью.

– Выпьешь портвешку? – спросил хозяин. – Это тебе не «Три семерки» – настоящий, из самой Португалии!

Вартан Акопович отрицательно помотал головой.

– И так в голове перезвон, спасибо.

Он подождал, когда Паяло выйдет, закрыв за собой дверь, оглянулся и спросил, понизив голос:

– Что тут у тебя за цирк? В магараджу играешь?

Босой хмыкнул, плеснул себе в стакан ароматную жидкость, прищурился.

– Пристяжь свою дрессирую, скажем так, – сказал он важно. – Воспитываю уважение к старшим.

И чтобы перед солидными гостями в грязь мордами не ударили…

Босой одним махом опорожнил стакан, вытер ладонью рот.

– А кто эти «солидные» гости? – спросил Вартан Акопович, прикидывая, относится ли он к этой категории.

– Это не твое дело. Зачем пришел?

Значит, не относится.

– Сам знаешь зачем, – Вартан Акопович насупился. – Магазины наши громят, жгут, из Москвы «комиссары» пожаловали, х…й к носу приставили, уволить грозятся за плохие показатели…

– Так это им не только тебя, им мусоров наших поувольнять надо заодно!

– Хрен там.

С мусоров спроса никакого…

Вартан Акопович привычно проглотил комок обиды. Уж больно легко хозяин воспринял весть, от которой его трясет и плющит не на шутку, и даже сорок капель успокаивающего не помогают.

– Мусора протоколами липовыми трясут, какие-то там планы мероприятий, мать их… Работаем, мол, все в ниточку.

Босой перестал улыбаться.

– Я тоже работаю, – сказал он.

Босой поскреб пальцами худую волосатую грудь, налил еще, с удовольствием выпил. Вартан Акопович, который был с ним в партнерских отношениях и неплохо ориентировался в положении дел, с удивлением отметил, что не только челядь его, но и сам Босой изменился в последние дни.

Стал жестче, увереннее. Важности напускает. Как будто знает что-то, чего другие не знают. Как будто козырная масть у него в рукаве припасена.

– Позапрошлой ночью опять охранника кончили, стекла побили, прилавки… Чуть не спалили все дотла, черти. – Вартан Акопович вздохнул. – Магазин на Железнодорожной. Там двухметровые витрины, стекло особое, дорогое.