Рядом же послышался знакомый мужской голос. Ульрих? Я что, дома? Или…

— Господин. У нас серьёзные проблемы. Срочно нужна ваша…

Его моментально перебил наполненный яростью и одновременно с этим, радостью женский голос.

— А ну-ка молчать! Он обещал мне разговор и бассейн! Остальное потом!

— Но…

— Я не для того летала в Японию, чтобы снова ждать!

Летала? В Японию? Как много я пропустил, пока был без сознания?

Глава XXI

Кристина Самойлова-Афеева

Она костерила себя последними словами. КАК? Как она могла отпустить его одного? Он, конечно, римский бог, высшая сущность и всё прочее. Но при этом мужчина. Из тех, что лезут в самое пекло, считая, что оно им нипочём и пройти сквозь лаву, это совсем не проблема.

Вот и Меркурий такой же. Она думала, что у него и правда есть какой-то план и нежданно возникшая сила, которая поможет сровнять с землёй родовую крепость Абэ. А потом поговорила с Ульрихом. Трофейный энергоконструкт и забранная у убитого в Пробое врага мощь. Не говоря о том, что он только вышел из боя и сразу ринулся в другой.

Внедорожник, в котором сидела Кристина, проскочил въезд на территорию аэропорта. Охрана было дёрнулась к ним, но увидев на дверях герб Афеевых, препятствовать не стала. Даже шлагбаум подняли. Локальная известность порой оказывалась полезной.

Следом заехало сопровождение. Пятеро гвардейцев личной охраны и трое членов её собственной свиты. Одарённые, которых нашли на рабовладельческих рынках Пусана. Готовые перегрызть глотку за свою госпожу. Сразу у двоих воздушный Дар — должно хотя бы как-то помочь с самолётом.

На въезде в служебную зону аэропорта пришлось всё же остановиться. Слишком много разноформатной охраны. Городовые, военные, гвардейцы Романовых. А вон те два десятка хмурых Одарённых вовсе с гербом Рюриковичей.

Девушка собиралась быстрым шагом промчаться мимо людей в форме, но один из гвардейцев Рюриковичей преградил дорогу. Поправив чёрный мундир, расшитый алыми нитями, сурово поинтересовался.

— Вы кто будете? По какому праву собираетесь войти на охраняемую территорию?

Рыжеволосая остановилась, борясь с желанием ударить и снести преграду, что возникла на её пути. Гнев, который до этого был обращён на саму себя и древнего римского идиота, что не захотел её слушать, нашёл конкретную цель. Было сложно удержаться от соблазна проломить её защиту и выпотрошить, убрав с дороги.

Служака что-то рассмотрел в её глазах и покосившись на остальных гвардейцев, набросил сверху кольчугу, опустив пальцы на рукоять меча. А девушка подняла правую руку, демонстрируя родовой перстень.

— Кристина Самойлова-Афеева, из рода Афеевых. У меня вылет.