То, что это сработало в тот раз, с конкретной силой двух божеств, не означало, что схема обязательно окажется универсальной. В конце концов, я не наблюдал за «искрой» жениха и не отслеживал возможные манипуляции, которые он мог с ней проделывать.

С другой же стороны, иных вариантов не было. Либо так, либо отступать, отдавая родовой алтарь, усадьбу и скорее всего, теряя практически всю гвардию, потому что солдаты выбраться вряд-ли успеют. А если где-то около границы ещё и ждёт отряд клана Абэ, то пробиться смогу лишь я сам с членами свиты. Да может часть команды Билли. Что значит, всё придётся начинать сначала. Только теперь в куда более худших условиях. Не говоря уже о том, что японцы не свернут свою охоту и угроза никуда не исчезнет."

"Поэтому я спешно создавал оттиски, развешивая их в воздухе и мучительно напрягал память, пытаясь воссоздать в голове нужные схемы печатей. Слишком давно был тот визит. А риск ошибки сейчас был неприемлемо высок.

Наконец всё было закончено. Семьдесят пять сгустков чистой божественной силы. Безусловно, крайне слабых. Совсем не таких, какие я наблюдал на свадьбе. Но и мощь того конструкта, что соорудили Абэ, значительно уступала защите полноценной богини, которую обеспечивали тысячи живых жрецов.

— Удачч-ч-чи!

Пискнувший Мьёльнир сразу же замолк, как будто опасаясь меня отвлечь. Я же ещё раз прогнал перед глазами схему построения печатей.

Потенциальный противник был уже совсем рядом. Ещё немного и фигура образа Аматэрасу окажется на расстоянии удара. Этот условный энергетический голем даже изготовил к бою оружие — в правой руке сформировался энергетический кнут, а в левой появился меч.

О том, что моя кольчуга не выдержит даже одного попадания, я старался не думать. Вместо этого отправил крохотные оттиски в полёт. А когда фигура начала движение кнутом, намереваясь встретить их ударом, разбрасывая в стороны и уничтожая, сразу же составил нужный узор.

Оружие конструкта замерло в воздухе, а сам он пролетел ещё немного вперёд и тоже остановился. Как будто не знал, что делать дальше.

Стоило узоры из печатей ещё немного приблизиться, как корпус образа Аматэрасу дрогнул. Завибрировал. Немного размылся. И неожиданно разошёлся в разные стороны.

Жреческая энергия освобождала путь для божественной. Прямо на моих глаза, один слой чужой силы, за другим, убирались с дороги. Громадная, наполненная золотым свечением фигура разворачивалась точно так же, как лепестки цветка из моей памяти.

Я полностью сконцентрировался на процессе. Но всё равно услышал яростный рёв Льеррана. А потом уловил и боль, пришедшую от Сандала. Вместе с которой пришла и ещё одна эмоция — спутник считал, что мне нужно немедленно бежать.