Первый гигантский богомол выхватывает прямое попадание. Уже порядком растеряв кинетическую энергию по пути, шар не разрывает его на части, а лишь врезается, воспламеняя тело. Урод загорается, как сухое дерево, издавая пронзительный визг, от которого вся мелочь ещё уцелевшая начинает раздражённо вибрировать усами.

Бесстрашие приспешников похвально, они не отступают. Рвутся, как полоумные ещё с нетронутых направлений. Поэтому приходится отступать.

Ревекка в ужасе. Когда бы ей посчастливилось увидеть такое?

Отходя, кидаю ещё шары, покуда браслет огневика не иссякает. Сотни тварей горят, вражья волна превращается в ручейки. Второй богомол горит, а третий всё же отступает.

— Куда, зараза! — Кричу сквозь хаос и пускаю в него копьё Гелака, которое, несмотря на расстояние, точно летит по моему сосредоточенному взгляду до цели и прошивает голову твари насквозь.

От жука — навозника наполовину растраченный метеорит отлетает, обдавая углями мелочёвку. Ого! А этому огонь нипочём, как оказалось!

— Крис! Осторожно!! — Раздалось от Ревекки.

Только собрался поразить крупную тварь копьём, выскочила целая свора тараканов. Так неожиданно из месива и дыма, что пришлось замедлить время.

Один даже завис в прыжке, расправив перепончатые крылья в метре от моего лица. Ну и морда страшная! Оглядываюсь на Ревекку, мля! Чуть не прозевал, и её уже практически облепили пауки. Нитки паутины держат за ноги, угрожая лишить подвижности.

Хитрые твари обошли по флангам. Да и круг практически замкнулся, слишком уж быстро. Являю два клинка, доставшиеся мне по наследству от Сехмет! Они будут получше, чем «Синий мрак», который я подарил Шейле.

В замедленном режиме времени с двух рук начинаю рубить в салат всё, что попадается под руку. Очень неудобно обходить выставленные конечности и резаки пастей, словно со всех сторон тебя поджидают штыри. Даже когда их рубишь, они всё равно остаются на месте в замедленном времени, зависая в воздухе. Поэтому всё мне здесь, как аттракцион уродов. И военно — учебная полоса препятствий.

Первые пять минут в безмолвии кажется, что занимаюсь бесполезным делом, пока не вижу, как медленно разваливаются по кускам твари, по которым я уже прошёлся.

Добираюсь даже до сколопендры, легко отхватывая ей башку, а следом на всякий случай раздвоенный шипастый хвост. А затем и до жука — навозника, взбираюсь на его панцирь и размашистыми ударами погружаю лезвия прямо в бронированную шею. Клинки Сехмет остры, как бритва, и прочны, как самый лучший сплав на Вита. В хитин входит, как в масло.

Изрубив мразей до предела сил в замедлении, подступаюсь к Ревекке и телепортирую нас из окружения на видимое расстояние от поля битвы.