Начальник семьдесят четвертого отделения принял Турецкого сразу. Выслушав его просьбу, он задумался, а потом сказал:

– Я-то здесь по вашим меркам человек новый, меня самого семь лет назад перевели сюда из двадцать первого. Есть тут у нас одна сотрудница, она с молодости здесь, со всеми знакома, и вообще, как при «застое» говорили, «рабочая династия», а память – не надо ни компьютера, ни картотек. – И набрал номер местного телефона:

– Зинаида Дмитриевна, зайдите на минутку.

Он еще не кончил говорить, когда открылась дверь и вошла пожилая секретарша.

– Коллега из прокуратуры интересуется историей сорокалетней давности. Вы, я думаю, скорее сообразите, кто бы мог ему помочь? – попросил начальник.

Выслушав Турецкого, она задумалась на минуту:

– Боюсь, вы немного ошиблись адресом. Формально этот пруд целиком на нашей территории, но тот берег пруда попал к нам более-менее случайно.

– Да, знаете ли! – перебил ее начальник. – Бред какой-то! Когда этот Железнодорожный район учредили?

– В семьдесят седьмом.

– Значит, наше отделение чуть ли не двадцать лет страдает. Четную сторону начала Большой Академической оставили в Тимирязевском районе, а добираться до нее надо через Железнодорожный.

Можно и напрямую, но или через Тимирязевский парк, или вплавь, через пруд. У нас один умник назвал этот кусок Калининградом: знаете теперь, чтобы на поезде попасть в Калининградскую область, надо чуть ли не литовскую визу получать. Жилых домов в этом «Калининграде» почти нет, но стадион «Наука» – наш, пляж – наш. Сплошная головная боль! Моя карьера началась с того, что у одного академика на пляже карманы обчистили, он эту шантрапу заметил, подбежал, схлопотал по морде, а они дорогу перешли и уже в Железнодорожном районе. Мужик дотошный, умудрился через пять минут с лодочной станции до меня дозвониться, всю компанию описал. Я звоню в шестнадцатое, а там идиот какой-то: «К нам сигналов не поступало, свяжитесь с райотделом»…

Турецкий реагировал молча, хотя, конечно, не мог не посочувствовать.

– Ну, извините, что я встрял… Наболело! Всю жизнь из Копена в Гаген через Крыжополь…

– Так вот, – продолжала Зинаида Дмитриевна. – Парк ТСХА и раньше был на нашей территории, но наша сторона – студенты, а вас интересует шпана – из Выселок, из Лихобор, может, из Коптева.

Наша семья в Лихоборах живет с пятьдесят восьмого. Я-то, понятно, ребенком была, а покойный отец – он в нашем отделении опером работал – вот он бы вам помог. А так вам скорее в шестнадцатое надо ехать… Вам бы Селедкина найти… Если жив.

– Да нет, это мой отец его так звал. Они с отцом дружили и друг друга по отчеству звали. Отца – Петрович, а того – Поликарпыч.