В магазин, что ли, ходил?

– Да, Анна посылала, ей, видишь ли, молоко потребовалось, блины печь собралась. А тебя, Паша, что-то совсем не видать в последнее время.

– Работаю за городом.

– Нормальная хоть работа?

– Пойдет!

– Лишь бы платили.

– Пока не получал, но обещали неплохую зарплату. Хотя для меня любая работа пойдет.

– Ну да.

Так, за разговорами, они поднялись на второй этаж и разошлись по своим квартирам.

Павел включил свет в прихожей, сбросил туфли, прошел на кухню и тут почувствовал, что в доме кто-то есть. Интуитивно почувствовал. Кинув сигареты и зажигалку на стол, он резко обернулся, сделав шаг в сторону, и замер от удивления:

– Ты?

– Я, Паша! А ты навыков не теряешь.

– Но… откуда… командир?

Перед ним стоял бывший командир группы майор Горшков.

– Из Москвы, вестимо.

– Не понял? А чего тайком, не предупредив?

– Дело есть, которое лучше не афишировать.

– Дело? Здесь, в Переславле? Ты серьезно?

– А как думаешь, иначе стал бы забираться к тебе в хату как вор?

– И это дело касается меня?

– Тебя в том числе. Но, может, пригласишь гостя хотя бы присесть?

– Да, по ходу, гость здесь не ты, а я!

– Не преувеличивай.

– Садись.

Офицеры присели за стол.

– Как полковник Данилов? – спросил Павел.

– Привет тебе передавал.

– Ему тоже привет.

– Да вы скоро, думаю, увидитесь.

– Ничего не понимаю, ты можешь изъясняться по-русски, майор?

– Подполковник. Правда, всего два дня.

– Поздравляю. Так что у тебя за дело?

– Оно касается усадьбы, в которую ты так удачно устроился на работу.

– Усадьбы? Ты имеешь в виду Старикова? – не мог скрыть удивления Кулагин.

– А разве ты не у него работаешь?

– Тоже два дня.

– Это нам известно.

– И откуда, если не секрет?

– Не секрет… мы…

В это время в прихожей раздался звонок.

– Ты ждал кого-нибудь?

– Черт! Это тип один, привез деньги за гараж.

– А я подумал – женщина, – улыбнулся подполковник.

– Знаешь, командир, я тоже предпочел бы женщину. Открою?

– Подожди. Твой гость не должен меня видеть.

– Тогда ступай в спальню. Да туфли свои из прихожей забери.

Горшков, забрав вещи, что оставил в прихожей, прошел в спальню. А Кулагин открыл дверь:

– Ну, чего раззвонился, Корень? Я не глухой.

– А чего не открывал? Не один, что ли?

– В сортире был.

– А! Ну, куда пройдем?

– На кухню.

У Коренева был с собой кейс. Он положил его на кухонный стол, открыл, достал какие-то бумаги:

– Вот, Паша, акт купли-продажи, вот доверенность на меня, вот ксерокопия твоего паспорта, вот договор. Подписывай.

– Сначала деньги, Вася. Стулья, как говорится, потом.

Коренев выложил шесть пачек по сто тысяч:

– Пересчитай и дай расписку в получении всей указанной в акте и договоре суммы.

– Да обойдемся, фальшь ты не сунешь, тянуть по мелочи не будешь.