00 он, переодевшись, подошел к пропускному пункту. Видимо, Гуков не особо любил торчать перед мониторами, поэтому сразу вышел навстречу:

– Что, капитан, до дому, до хаты?

– Да. Дела в городе.

– Что ж ты Николая на койку уложил? Мы теперь вдвоем с Гудовым горбимся на службе.

– Тоже мне, нашел службу, – усмехнулся Павел. – Сиди перед монитором и смотри за происходящим на территории, ну, еще следи, чтобы дела велись. Служба, конечно, тяжелая.

– А ты посиди за пультом часик, посмотрю, как глаза тереть начнешь.

– Что на них пялиться, если запись ведется?

– Записи мы не ведем, – покачал головой Гуков, – поэтому шеф, я имею в виду Боровского, и заставляет смотреть на мониторы.

– А во время отдыха? Ведь охране требуется отдых. Сутками никто тут не высидит.

– Днем отдыхаем, когда в усадьбе и Боровской, и Цуканов.

– Ну, это другое дело.

– В чем другое дело? – раздался сзади голос незаметно подошедшего начальника охраны.

– Да мы тут, Михаил Григорьевич, обсуждали, какую тачку новому работнику купить, – не глядя на него, соврал Гуков. – Я предлагаю «Шевроле», а он говорит, что «Ниссан» лучше и дешевле.

– Да? – Боровской подозрительно посмотрел на охранника и Кулагина.

 – А что ты сейчас должен делать, Леша?

– Пардон, уже за пультом! – торопливо произнес Гуков и проскользнул в здание.

– Значит, решаешь, какую машину взять? – обратился Боровской к Павлу.

– Прикидываю.

– Возьми «Тойоту».

– Денег не хватит."

"– Потерпи месяц, если останешься до осени, то дам тебе в долг.

– Нет, – отказался Кулагин, – никогда в долг не брал. Это только лишние напряги. Постоянно думать, а отдашь ли в срок? Нет, предпочитаю обходиться тем, что имею.

– Похвальное качество.

Тогда бери «Ниссан».

– Подумаю. В принципе, пока меня и «семерка» устраивает.

– Думай. Ты домой?

– Так точно.

– Управляющий в курсе?

– Конечно.

– Не смею задерживать и убедительно советую завтра не опаздывать.

– Я тоже люблю, когда люди пунктуальны. До свидания!

– Счастливо!

Кулагин отправился на дальнюю стоянку, завел двигатель и уже в 19.35 припарковал «семерку» у своего дома. Выйдя из машины, увидел Маслова, бредущего с пакетом от угла.

– Привет, Степаныч! – поздоровался он.

– Здравствуй, Паша! Как дела?

– Да у меня ничего, у тебя как?

– Ох, и не спрашивай.

Никогда не думал, что трезвая жизнь такая муторная.

– Это последствия долгого употребления. Пройдет время, другим человеком станешь.

– Поздно мне другим становиться. Опять запью, наверное.

– Но ты же слово дал. Или сам дал, сам взял, сам себе хозяин?

– Черт за язык потянул.

– Ну, тогда терпи. Не думай о спиртном. Депресняк скоро пройдет.

– Тебе-то откуда знать?

– Видел, как бросают!

– Видеть – это одно, а самому переживать – другое.

– Верно, но ты держись.