— Да и как я справляюсь с тем же Робби? Вы же понимаете это!

— Понимаю. Даю час, чтобы ты сделала выбор.

— А если я покажу себя в деле⁈ — в отчаянии вскрикнула.

— Будет замечательно, — кивнул Кастет. — Только пока заказов нет. А ты есть. И парни мои есть. Пускают на тебя слюни и выясняют, кому достанешься.

— Разве вы не можете сказать им…?

— Чтобы они меня не трогали?

— Нина, думаешь, ты сейчас где находишься? — меня смерили откровенно любопытным взглядом. Помню, как почудились тогда злость и раздражение в мужском голосе.

После моего длительного молчания и редких всхлипов, которые пыталась сдержать, Кастет тихо произнес:

— Здесь другие правила, девочка. И ты теперь должна соблюдать их. Я могу сказать парням, чтобы они не трогали тебя, но только в одном случае. Увы.

— Если ты выберешь меня, — пожал плечами мужчина и закурил сигару.

После этой фразы я долго не думала и озвучила решение. Жалким, дрожащим голосом.

Не знаю, удивился ли Кастет — по мужскому лицу я не смогла ничего прочитать, но в тот вечер Эндрю кивнул мне, выпуская облачко дыма, и махнул рукой, выпроваживая из кабинета. Через полчаса он объявил парням о моём выборе. Недовольные проглотили эту новость — я была вправе выбрать кого захочу.

В ту ночь Эндрю сделал меня своей. Он не был нежен и аккуратен, было больно и страшно. После его ухода я рыдала в подушку, проклиная свою демонову жизнь.

После первой ночи у нас долго не было близости, пока однажды Кастет не напился, чего не делал прежде, и не пришёл ко мне каяться.

— Прости, малышка. Я не привык к нежностям. И к девственницам тоже. Не хотел причинять тебе боль… и пугать… Обычно о чувствах других я не думаю, девочка… Но твой затравленный взгляд, слова Робби… Ты такая хрупкая и нежная, а я… свинья… Я больше никогда не обижу тебя… Веришь, малышка?

Выбора у меня не было. Я поверила.

Больно больше не было. Но и восторга я не испытывала. Видимо, не относилась к женщинам, получающим удовольствие от близости с мужчиной.

Кастет неожиданно надолго оставил меня при себе, хотя до меня, по словам Робби, он часто менял женщин. И я до сих пор гадала, почему так случилось и чем я его зацепила, ведь любовница из меня вышла так себе…

— Нина, — жаркий шепот Эндрю выдернул меня из воспоминаний, — тебе хорошо?

— Очень, — привычно соврала я.

— Плохая ты актриса, девочка, — беззлобно усмехнулся Кастет, заключая меня в крепкие объятия, зарываясь лицом в растрепанные волосы. — С таким «талантом» долго не сможешь изобразить из себя леди Алерию дес’Оринис.

— Ты слышал, как ко мне обращаются горничные? — догадалась, откуда растут ноги у осведомленности, ведь мы увиделись впервые с момента моего ухода с драконами.

— Слышал, — пробормотал мужчина, чьи ладони жадно стискивали меня и шарили по телу.