Травница, и правда, исчезла, потому что, когда Гарольд Мэлвис извелся и решил найти ее, то безрезультатно обыскал весь лес.

Эпопея с прощением, принятием и смирением гордыни длилась несколько лет. В крепости давно все поняли, что Гари влюблен в травницу по уши, только высокомерный индюк или, как по секрету передала сестра, дуракон, не хотел это принять.

Принял, когда Эмили чуть не вышла замуж за одного из офицеров гарнизона. Дуракон выкрал ее прямо из храма, а потом ещё долгое время вымаливал прощение.

Простила. Потому что, к удивлению многих, тоже полюбила гордеца. Правда, за что, мне до сих пор непонятно. Нелия тоже пребывала в недоумении, у нее так и не сложились отношения с Гари Мэлвисом.

Наверное, младший брат мужа являлся единственной проблемой, с которой моя сестра не справилась. Но Нелия тоже искренне радовалась, когда со временем любовь Гари и Эмили сотворила чудо — Гари вернул себе дракона.

— Мам! Пап! — Тори появилась внезапно, крепко сжимая в объятиях Грома, одного из многочисленных сыновей Лучика. Защитник дочери выглядел несчастным, но смирившимся. — Мне нужно в столицу, к тете и дяде. Срочно!

— Зачем, милая? — удивился Рафаэль, с улыбкой рассматривая взъерошенную дочь.

Я мысленно вздохнула. Ну кто, увидев Тори, её растрепанную косу, мятое испачканное платье и сверкающий взгляд, скажет, что эта девочка принцесса Ритании и родная племянница императрицы? Где её приличный вид и изысканные манеры? Тихий голос и потупленный взгляд?

— Папа, мне скоро десять! Хочу поступить в военную школу, а потом в академию для военных! — твердо заявила дочь.

— Девушек не принимают в военную школу, леди Виктория Мэлвис! — строго отозвался Рафаэль.

— А то я не знаю! — громко фыркнула Тори, ничуть не смутившись. — Пора вводить равенство между мужчинами и женщинами! А не только между расами! Тетя меня обожает. Да и дядя Миральд тоже. Я попрошу их, чтобы они изменили ситуацию.

Мы с Рафаэлем в изумлении переглянулись.

— Тори, это ребячество, — вздохнула я. — Пройдет время…

— И у меня будет свой пограничный отряд, отец! — дочь упрямо вскинула подбородок, решительно сверкнула изумрудными глазами, и в этот момент я вдруг совершенно четко осознала, что пройдет время, и Виктория Мэлвис убедит императора с императрицей изменить положение о военных школах и академиях, поступит, и у нее будет свой пограничный отряд.

Потому что, несмотря на то, что внешностью Тори пошла в Мэлвисов, упрямым и взбалмошныи характером, внутренним несгибаемым стержнем и умом напоминала родную и любимую тетю — императрицу Ритании Нелию Мэлвис, в девичестве Оринис.