Набравшись смелости, я опустила сумку вниз и тихонько постучала.

В коридоре послышалось шуршание. Дверь со скрипом отворилась и передо мной стоял Зуев, взволнованный и взъерошенный. Он внимательно смотрел на меня, не отводя взгляда от моего лица, напряжённо дышал.

- Это тебе, - я протянула ему ведерко клубники. Он не брал ее, делая этот момент ещё более неловким.

- Украла? – он пристально всматривался в мои глаза, а мне казалось, что сейчас, он заглянет мне прямо в душу.

Я попрежнему протягивала ягоды через порог. Ведерко было совсем не тяжелое, но моя рука подрагивала.

- Входи, - коротко сказал Зуев и затащил мою сумку в квартиру.

Он развернулся ко мне спиной и ничего не сказав, направился в свою комнату вместе с моими вещами.

Я шла за ним бледной тенью.

Леха бросил мою сумку в угол, сел на подоконник, скрестил руки на груди и  испепелял меня пронизывающим взглядом, от которого у меня кружилась голова и подкашивались ноги. Как же я была перед ним виновата!

Зуев буквально сканировал меня насквозь и пытался понять, как я буду сейчас себя вести.

Я тихо, на цыпочках подошла к нему, поставила ягоды на подоконник

и аккуратно прижалась к Леше. Он немного напрягся, но потом слегка разжал скрещенные на груди руки, и я воспользовавшись этим, развела их в стороны, чтобы встать к нему ближе, минуя преграду.

Я обнимала его крепко-крепко, сопела в шею, вдыхала запах его кожи и успокаивалась. Как же хорошо, что он сейчас рядом.

- Прости меня, - я шептала еле-слышно, - Я не знаю, что на меня нашло.

Я сжимала его крепче.

- Лёша, я наговорила тебе столько гадостей, но я просто сорвалась, я не думаю так на самом деле.

Зуев молчал и не шевелился, не прогонял меня, но и не обнимал в ответ. Я уткнулась в него носом и перебирала руками его волосы.

- Ты был прав. Прав во всем. И как видишь, я опять прибежала зализывать свои раны. Все рухнуло, нет больше ни учебы, ни родителей, ни Кораблева!

Я выпустила его из объятий, положила руки ему на лицо, подтянула к себе и с надеждой заглянула в глаза.

- Пожалуйста, скажи что ты меня простишь! Ну, не молчи же!

Зуев приподнял подбородок, облизнул губы и высокомерно посмотрел на меня сверху вниз, а потом резко рассмеялся.

- Ну, конечно, прощу, дурочка! – он прижал меня к себе, - я же жить без тебя не могу!

У меня словно камень с души упал. Мы стояли обнявшись у окна, Зуев мягко гладил мои запутанные волосы, а я перебирала пальцами по его спине. После всех этих кошмарных дней и событий, я чувствовала себя в безопастности. Я расслабилась в его руках, прижалась губами к его ключице и смотрела, как темноту за окном освещает фонарь.

- Можно у тебя переночевать? – спросила я.

- Конечно, можно, - Лёха покраснел от стеснения и растянулся в довольной улыбке.

- Родители будут не против?

- Они приедут только в понедельник.