И мой тесть и Илья… Ты понимаешь, чтобы было если бы он узнал, что моя семья в курсе и скрыла?! Ты пойми. Прокофьевы сделали меня частью своей семьи, и я… к черту! Алина! Ведь никто не дурак… ик… дважды два сложить все могут… ОН сделает все, чтобы спасти… ик…

Еще до того, как Диана завершит свою фразу я уже знаю, как она ее закончит:

— Чтобы спасти своего наследника…

Жмурюсь. Сердце в груди спотыкается, его словно тисками сжимают, и оно начинает кровоточить, пульсирует, выталкивая кровь из меня…

— Да, Алина. Александр Ставров. Я знаю, что он отец твоего ребенка и я пошла к нему с самого утра и все рассказала.

Не дослушиваю. Выключаю телефон. Так и стою оперившись о стену рукой и глотая воздух. Пытаюсь прийти в себя после полученного удара.

Мысли в голове путаются. Летят со скоростью света.

Страх рождается в груди напополам со смутным облегчением. Ведь он отец. Он должен знать. У Влада должен быть отец…

Одна часть меня надеется на лучшее, а вот вторая…

Вторая воет в углу моего сознания и заходится в слезах лютого отчаяния, понимая, что Ставров без труда может отнять у меня ребенка, лишить всякого шанса быть матерью моего малыша…

Перед глазами цветут пятна, всполохи и я лишь силой собственной боли заставляю себя держаться и не скатится в истерику.

Делаю глубокий вдох, затем выдох.

Сгорбленная, полностью уничтоженная, слабая, я не замечаю, как дверь позади меня открывается.

Но спустя мгновение ощущаю тяжесть постороннего взгляда, еще не до конца понимая, что происходит, думаю, что с процедур вернулась одна из отсутствующих соседок по палате, но ничего не происходит секунду, мгновение, вечность…

Никто не проходит и не шуршат тапочки…

Все еще держусь за стену, упираюсь в нее сильнее и оборачиваюсь, чтобы понять кому именно принадлежит столь тяжелый взгляд.

Как в замедленном кадре я поворачиваю голову, чтобы уже в следующий миг сцепиться взглядом с полыхающей бездной…

Меня просто парализует. Я застываю под прицелом огненного взгляда. Моргаю, но видение не проходит.

Здесь и сейчас. В моей палате стоит Александр Ставров.

И где-то внутри меня рождается радость… За сына. Сразу в голове вспыхивает убеждение, что Влад выздоровеет. Лекс спасет моего малыша.

От этого мужчины веет властью и надежностью…

Я смотрю на своего первого… на своего единственного…

Высокий, брутальный. В идеальном пиджаке, который обтянул широкие плечи. Все такой же, как в ту нашу ночь и совершенно другой…

Холодный. В глазах злость. Он рассматривает меня, чуть прищуривается словно зверь, готовый бросится вперед и задрать добычу.

Сглатываю ком. Пытаюсь сделать шаг в сторону чисто на рефлексах, но конечности наливаются свинцом, чудо, что я не падаю.

Лекс делает шаг в мою сторону.